Застенец

Даже Компас или Погребальный звон — самые простейшие из заклинаний седьмого ранга. Первое находило нужный путь к цели (например, к собственному дому), а второе, что вполне логично, использовалось в роли набата в случае опасности.

Зато почерпнул много интересной информации о магии и способах сотворения заклинаний. Основных видов существовало два: «ковка» и «плетение». Еще их называли «мужской» и «женский». Ковку придумал один русский граф из Тульской области, а плетение — испанская виконтесса.

Что интересно, одно и то же заклинание можно было создать двумя разными способами.

Вот только по характеристикам они отличались. Ковка творилась быстрее, и соответветственно, меняла свою структуру проще. Как я понял, судя по манипуляциям того же министра, вся защитная стена была кованым заклинанием. Здесь, помимо постоянных открытий и закрытий проходов, наверное, сыграла свою роль и масштабность волшбы.

Плетение обычно использовали, когда позволяло время. Для его создания требовалась особая внимательность и скрупулезность.

Зато плетеные заклинания были самыми мощными.

Правда, успехов мне эта информация не принесла. Я внимательно все прочитал, но так и не смог создать ничего путного. Ни плетеного, ни кованого. Нет, честно пытался, даже чувствовал и боль в животе, и непонятный жар внутри. Только результатов — ноль целых, ноль десятых.

Так я и проводил время. Читал, пыжился, бесцельно смотрел в окно, тоскуя о близких мне людях, и изредка ел вкусные блюда из трактира.

Хоть что-то радовало. Еда была действительно вкусная. Соврал соседушко или оказался попросту большим привередой. Что, впрочем, не мешало ему сметать к утру все подчистую.

Пару раз я попытался было прогуляться в компании Иллариона. Одного он меня отпускать не собирался ни под каким предлогом. Но не успели мы пройти квартал, изучая таинственный магический город, как к нам подошли сразу целых три человека в красивой синей форме. Один из них показал удостоверение отдельного жандармского корпуса и настоятельно порекомендовал в целях моей безопасности оставаться в доме.

Рекомендация звучала таким образом, что если я его ослушаюсь, то эти ребята с красивыми лицами с удовольствием свяжут меня и отнесут туда, где мне быть и полагалось. В ту самую золотую клетку, арендованную до декабря.

Мог ли я подумать, что долгожданное знакомство с иносами закончится домашним арестом? Нет, формально я вроде был волен делать что хотел.