Застенец

Семерка — это хорошо. Их классы рядом с нашими, мы даже иногда пересекались на общих предметах. Той же «ковке» . Просто раньше на этого тощего пацана я не обращал внимания. Хотя он ничего, с гонором. Не зассал против нескольких. А еще меня позабавило, что даже в мире высокородных все было, как у нас. Сильный гнобил слабого.

— Что, Николай, тоже распробовал вкус высокой кухни? — ехидно спросил Горчаков.

— Ага, уже минуту вилку возле рта держишь, — прыснула Лиза.

— Просто наслаждаюсь, – улыбнулся я.

А в голове уже созрел план.

Что ж, иногда нужно заниматься благотворительностью. Особенно когда несколько дурней хотят отоварить одного худого пацана.

То ли фельдфебель был сегодня слишком мягок, то ли я сильно погружен в свои мысли, однако занятие пролетело как миг. А в кузне я не сводил взгляда с Самарина. Да, хлипок парнишка. Молоток держит даже не ладонью, а пальцами.

— Вот на кой черт им эти гвозди? — жаловался рядом Горчаков, глядя на собственное кривоватое творение.

— Поди, плохо? — пожал здоровыми плечами Макар.

— Тебя кормят, одевают, мастерству учат. Если волшба не сложится, потом в кузнице подмастерьем работать будешь.

— Или вязанием заниматься, — улыбнулась Лиза, убирая с раскрасневшегося лица прядь волос.

— Я вообще-то граф, — возмутился Горчаков.

— Ага, Калиостро, — хмыкнул я. — Бери пример с Елизаветы Павловны. Она не спрашивает, зачем ей ковать гвозди и стучать молотком. А просто делает. Знаешь, полезное занятие для благородных. Очень уж вы много думаете, а говорите еще больше.

— Господа юнкеры, — зычный голос преподавателя Михаила Сергеевича раскатился по кузнице, — у вас осталось десять минут занятия. Потихоньку заканчивайте, складывайте инструмент по местам и вешайте фартуки.

— Скорей бы новый день, чтоб мы опять ничему не научились, — буркнул Горчаков.

— А ты думал, что придешь сюда и сразу, за день, научишься волшбе? — усмехнулась Лиза.

— Было бы неплохо, — не смог оставить без комментария слова девушки Макар. — Я вот только не понимаю, отчего нас вообще в этот лицей взяли? Мы же нулевки полные.

— Говори за себя, — возмутился Горчаков. — Я вот точно до выпуска шестой ранг возьму.

— Так имение хочется? — хохотнул я.

— Очень, Коля. Наконец-то от отца съеду.

— Но будешь так же от него зависеть, — вздернула точеными плечиками Лиза. — И в чем смысл? Что же до нулевок, Макар, может, ты и не знаешь, но никто из присутствующих недомом не является. Каждый, кого пригласили в лицей, когда-нибудь проявлял свой дар.