Сказка о сером человеке: Падение

Ее звонкий смех переливчатым колокольчиком эхом разносился по округе. Но этот прекрасный сон был грубо прерван ощутимым ударом лакированного ботинка в бок.

Виктор с трудом открыл глаза.

— Ты явно родился под счастливой звездой, ничтожество. Рю был прав. Ты еще мне пригодишься, — отозвался Ян.

Виктор только криво усмехнулся в ответ. Когда Никишин покинул его комнату, она снова приобрела свой прежний вид, превратившись из темницы в художественную студию. Яркий свет из огромных окон больно резанул по отвыкшим от света глазам.

Боль в теле исчезла, как будто ее никогда и не было, но он знал, что она может в любой момент вернуться, если Ян того захочет. Он опять жив, в который раз.

* * *

Время — еще одно наказание. Оно имеет свойство тянуться невероятно долго, а может пролетать в одно мгновение. Она потеряла счет времени: не знала, который час, день сейчас или ночь, какой день недели. Сколько уже тянется это бесконечное время: день, неделю, месяц? Что-то, конечно же, можно было определить по количеству раз, когда приносили еду.

У охранников это спрашивать было бесполезно, ибо им запрещено разговаривать с заключенными в этом отделении. Она все реже вставала к окошку раздатки, все реже принимала пищу, зрение начинало ей изменять из-за внезапно накатывающей боли, и происходило это все чаще.

— Заключённая Аржент, если вы отказываетесь принимать пищу, питательные вещества вам будут вводить внутривенно или через гастростому(1), предварительно обездвижив, — сказала строгая женщина в белом халате, которая осматривала ее, видимо, по докладу начальника охраны.

Якобы одна заключённая строгорежимного отделения решила уморить себя голодом. Мара лежала на кровати.

«Интересно, каково это — умирать от выгорания? И что произойдет с этим местом во время него?» — пронеслось в мыслях. В каких-то научных трактатах это было описано как завораживающе красивое зрелище, хотя и очень опасное для окружающих. Красивая смерть — вот что её ожидало, и она уже не надеялась на другой исход. Ее немилосердно клонило в сон.

В полудреме она заметила какое-то движение на полу своей камеры. Что-то темное шастало по помещению, принюхиваясь.

«Откуда в тюрьме животные? В этом отделении их точно быть не может», — подумала она, провалившись в сон и решив, что это всего лишь игра её больного воображения. Существо тем временем рвануло к ней, залезло на кровать, обнюхало её, опершись на руку спящей девушки, затем исчезло.

Она не знала, сколько проспала: несколько часов или целый день.