Волчья Кровь

На стенах горят свечи, прекрасно освещая комнату. Ни окон, ни предметов мебели, только голые стены со свечами. Сижу на длинной мраморной скамье, связанный. Меня не убили? Где я вообще нахожусь? Попытался встать, но не получилось. Даже ноги привязаны к скамье. На другой стороне дверь, тоже мраморная, тяжелая на вид. Внутри скребся волк, он был недоволен, и я его понимал.

- Эй?! Есть кто-нибудь? – я решил покричать. Знаю, в моем положении лучше лишний раз о себе не напоминать, но терять нечего.

Ответом мне стало мое эхо.

Неужели я должен медленно умирать взаперти? Это жестоко.

Решил оглядеть себя. Почти никакой одежды, кроме лохмотьев оставшийся от одежды. Даже не удосужились накрыть, хотя б одеялом, обрывки бывших штанов не давали тепло и уют. Значит, после превращения меня сразу доставили сюда.

Послышались тихие шаги. Я решил напомнить о себе, хуже быть уже не может.

- Эй! Поговорите со мной! Прошу!

Шаги остановились. Я усиленно прислушивался. Находящийся там человек взволнованно дышал, принимая решение, войти или нет.

После послышался скрип замка и дверь открылась. Вошёл высокий, черноволосый мужчина, в темно-красном плаще с приколотым у груди знаком. Волк с кровавой змеей. Я узнал его. Это был Фидриан, отец Рины. Он замер, не поднимая на меня глаз.

- Ты как? – он поднял глаза, красные как кровь.

- Не совсем хорошо, - честно ответил я, успокаивая дыхание.

- Скажи спасибо что ещё жив, - его голос погрубел. – Ещё вчера тебя бы убили, а ты бы даже не заметил.

- Что же помешало? – я не стал теряться перед ним, в конце концов он представляет сейчас Верховных, а не отца моей Рины.

- Я помешал, - он внимательно посмотрел на меня.

Это меня удивило. С чего бы вдруг человеку, который преследовал свою дочь за сотрудничество с укушенным, помогать?

Фидриан закрыл дверь, и устало облокотился на неё. Лицо чуть расслабилось. Казалось, он устал от всего что происходит, но не имел возможности отдохнуть. Он вдохнул и закрыл глаза.

- Не думай, что я делаю это, потому что мне жалко тебя, или потому что тебя выбрала моя дочь… Наверняка ты знаешь о наших отношениях.

Я сделаю это для неё, хоть что-то что будет положительно, в отношении к ней. Ведь постоянные запреты, обязательства, которыми я ее нагружал, нас отдалили. Я виноват, знаю…

- Вы хотите меня освободить? – я ещё раз удивился.

- Не хочу, но... ради дочери, должен. Я слишком поздно понял, что она моя семья. Не стая, никто другой, а она.