Крысолов идёт меня искать

От тебя зависят жизни и благополучие людей целой области, а ты позволяешь себе дерзить своему врачу просто потому, что у тебя плохое настроение? Каждый день я разочаровываюсь в тебе все сильнее, Алексей Андреевич.

Я не был Алексеем, я никогда не тратил денег на развлечения и всю свою жизнь боролся за жизнь. И все же мне захотелось спрятаться от взгляда Марии Павловны или хотя бы закрыть лицо. Но я не двигался. Большой вопрос, кто из нас двоих крепче держится за свое.

— Ты не эмпат, но попробуй представить, что я могла почувствовать, когда мне сообщили, что мой племянник, сын самого уважаемого мужчины Эгоцена, напал на девушку.

Слава всем богам и небесам, что она смогла постоять за себя и столкнула тебя с лестницы. То, что ты выжил - чудо. Это, правда, радость вовсе не для тебя, а для Надежды - у нее были бы серьезные проблемы, если бы ты умер. Но как ты мог позволить себе такое поведение в моем доме? — в голосе Марии Павловны зазвучало ледяное железо. — Мы с твоим дядей приняли тебя из жалости, хотели помочь тебе встать на ноги после трагедии. И чем ты нам отплатил? Надежда недавно потеряла сестру, она все еще носит траур. Насколько бесстыжим надо быть, чтобы напасть на такого человека? Отвечай, Алексей.

Я промолчал, ожидая, что мои мотивы объяснят за меня. Разъяренные люди имеют склонность решать все за свою жертву.

— Молчишь? Хорошо. Надеюсь, это потому, что тебе стыдно. Но я здесь не для того, чтобы тебя воспитывать. Тебе двадцать четыре, сам должен понимать, что для тебя позорно, а что нет.

Я пришла, чтобы узнать, почему ты напал на Надежду. Она мне так ничего и не рассказала, решила поберечь твою репутацию. Удивительно благородная девушка, в отличие от тебя. Итак?

И как мне сейчас сказать, что Алексей домогался до Надежды? Это только сделает хуже. Неужели нельзя было придумать что-то попроще?

— Алексей?

Я хотел посмотреть на Надежду, но не мог: это выдало бы наш сговор. Мария Павловна не сводила с меня взгляда.

— Алексей.

Я молчал.

— Я знаю, что вы с Надеждой вчера успели пошептаться в коридоре.

Вы наверняка это обсудили и уже придумали, как меня обмануть. Ну?

Некоторое время в комнате было так тихо, что я слышал дыхание обеих женщин. Легкое, едва слышное — Надежды. Ровное, глубокое — Марии Павловны.

— Я хотел с ней переспать, — наконец сказал я, усмехнувшись и посмотрев в лицо Марие Павловне. Нечитаемые карие глаза.

— И я должна в это поверить?

— Надежда Ивановна — красивая молодая девушка. Я — красивый молодой мужчина.