Бумеранг

Высветленные практически до белого цвета кудрявые волосы, зачесанные на одну сторону, радужными красками играли в прозрачном стекле. В затемненных линзах очков с толстой оправой можно было видеть и надпись на доске, и обстановку в кабинете, и даже испуганное отражение Ани – одним словом, всё, кроме самих глаз той женщины, что стояла у окна и элегантно покуривала сигарету.

– Пелагея Степановна? – дрожащим голосом поинтересовалась Аня, будто сама себе не веря, что видит учительницу дочери, – Что тут происходит?

– Не знаю, – учитель глубоко затянулась и тут же выпустила прямую струю дыма в форточку, – Вы пришли, сказали, что нам срочно нужно поговорить, а в итоге, – она украдкой глянула на мельхиоровые часики на запястье, – Вот уже пятнадцать минут стоите посреди класса и молчите, но если вы готовы к разговору, я вся во внимании!

Темп музыки набирал обороты и становился всё беспокойнее и громче.

Пелагея Степановна затушила сигарету в раковине и, избавившись от окурка, направилась к учительскому столу. Аня настороженно следила за каждым её движением и медленно делала шаги назад, поближе к выходу. Удобно устроившись на кожаном кресле, учитель внимательно посмотрела на родительницу и плавным жестом указала на парту с парой стульев перед собой, приглашая её к разговору, но Аня нервно покачала головой и со всех ног ринулась к двери.

Едва она приблизилась к выходу, дверь резко захлопнулась, щелкнув запирающим механизмом.

Безнадежно дергая ручку, Аня забилась в истерике с криками о помощи, но никто не отзывался. Быстрые равномерные шаги со звонким цоканьем каблуков в такт музыки, приближались. Обессиленная родительница сползла по стенке на колени и уткнулась зареванным лицом в меховые рукава шубы. Её рыдания теперь походили больше на скулёж забитой собаки, нежели на человеческие вопли.

– Ну что же вы, милочка? – промолвил бархатный голос Пелагеи Степановны над ухом, – Куда вы так скоро собрались?

– Пожалуйста, отпустите, отпустите, меня, – всхлипывая, начала умолять Аня, так и не решаясь оторвать лица от рукавов, – Я совершила ошибку, я всё поняла

– Посмотрите на меня, почему вы прячете свои красивые голубые глаза?

– Нет, прошу вас, нет, – ещё яростнее завопила Аня.

– Посмотрела на меня, сейчас же, – бархатный голос сменился строгим требованием, коему Аня тот час же повиновалась.

Музыка резко заглохла.