Врата

Зато из-за боли Нилан-Смирнов какое-то время не сможет плести руны, а значит, путаться под ногами не будет. Пора бы выбрать новую жертву.

Жертва нашла его сама. Арсений отчего-то решил, что несмотря на не сработавшее «Очищение», обычное «Оглушение» прокатит. Факир был пьян, и фокус не удался — «Оглушение» разбилось о выросшие из тела иглы, но атаковать в ответ Ян не спешил. Не нужно. Зачем торопиться и лишать себя удовольствия? Тем более у них есть один незавершенный разговор. Поэтому в дело пошли жгуты, выращенные прямо там, где стоял Сеня.

Конечно, помня о судьбе двуличного, музыкантишка попытался сбежать, но оказался таким же шустрым, сколь и умным.

— Как мило, что ты все-таки решил задержаться, — улыбнулся Ян, направляясь к нему. — Мы ведь с тобой недоговорили.

— О чем? — простонал Арсений, тщетно пытаясь призвать огонь в сжатые тисками пальцы.

— О твоей загадочной привязанности к одному чересчур осведомленному парню. Скорее всего, мертвому парню... Ох, как непросто получается-то. О покойниках же либо хорошо, либо правду.

Кому-то придется расколоться.

— Ты реально такой тупой? Или это из-за тени?

Ян игриво погрозил ему пальцем. Сила так и бурлила в нем, наполняя радостью и желанием убивать. Но сначала допросить.

— Не обзываться!

— Да как же тут не обзываться, когда я тебе под «Оком Правды» все выдал!

— Не все, — прошипел Ян и, отрастив на руках острые лезвия когтей, провел ими по щеке Сени.

Музыкантишка дернулся, но тиски хорошо держали, крепко-крепко.

— Да не стесняйся. О мертвых правду можно.

Мне правду можно. Говори. — Сеня мотнул головой, и Ян замахнулся, чтобы ударить когтями наотмашь. — Спой, светик, не стыдись.

В левое плечо ударилось что-то твердое, отвлекая. Никак этим букашкам не терпится дождаться своей очереди. Странно только, что Мигель не воспользовался магией, а кинул в него камень. И тьма на него при этом не подействовала, и руки в черноте не замарал.

— Что с тобой не так? — спросили они одновременно, и Ян отшатнулся назад, словно застуканный на месте преступления.

«Нет, — успокоил его голос. — С тобой все так. Все правильно».

Значит, неправильно с Мигелем. Недаром он рядом с Милой терся, когда она его зафрензондила. Мила... Милая-милая Мила... Ради нее Ян соберет всю эту тьму и воссоздаст идеальное тело, божественное тело, и тогда...

— И тогда я убью эту сучку, чтобы освободить богиню Сарасвати.

Он рассмеялся и, набрав в руки побольше черноты, двинулся на Мигеля.

— Ты порченный! — хохотал Ян. — Порченный огнем.