Бестиарий спального района

Потом спрашивает: что ж ты, вуташ, бездельничаешь-то? Хозяйство-то твое, ты только глянь, в каком виде! Не умеешь — ко мне приходи, на Темное озеро, научу, а ленишься — гляди, не пожалеть бы тебе! Василий, конечно, посылает его вяло куда подальше, гость всплы­вает и исчезает...

— Рыбаков! — истошно заверещала начальница. — Быстро ко мне!

Василий неспешно двинулся в кабинет.

— У порога стой! — заорала начальница, когда он вошел. — А теперь отвечай, урод, что ты вчера в семнадцатом доме натворил?!

Капельки слюны, которой она брызгала, долетали аж до Василия.

— Ничё... — сумрачно ответил Василий. — А чё?

— Чё-ничё! — передразнила начальница. — Ершиком своим сраным трубу под рако­виной перемазал, вот чё! Хозяйку обматерил, вот чё! Да еще деньги клянчил, вот чё! Она звонит, истерику тут устраивает, дура, как будто мне больше делать нечего! Урод, урод... В общем, пеняй на себя, Рыбаков! Я больше терпеть не буду, серьезно тебе говорю! ПалВикчу после обеда все доложу! Иди! Жди! Да не на детской площадке, идиот, ты ж распугал всех! За угол зайди, там стой! У, ё-моё.

Общий смысл сказанного Василий понял. А еще уловил слово «обед». И пришла следующая картинка: он, после обеда, выгуливает Джека. Это из прошлого, точно: Джек теперь его боится, да не как раньше. До судорог боится, в угол забивается, скулит, лапы у него подкашиваются. Прямо как у Василия — новая картинка, — когда его на Божье озеро зачем-то понесло, хотя Феофилакт и предупреждал, чтобы ни ногой. А понесло. Когда-то давно купался там, загорал, байки слушал про церковь, в незапамятные времена в землю провалившуюся на этом самом месте, где теперь озеро, — ничего.

Вот так и Джек. Не выгуляешь его...

Ну, все равно — обед. Жрать-то Василию без надобности, только порядок так и так должен быть. Обед для рабочего человека дело нужное. Может, все-таки попадется из со­седей кто, сходит Василий тогда к Люське в магазин.

...Никто не попался. Василий посидел часок-другой, а может, и третий, на ла­вочке у своего подъезда, потом снова потащился к ДЭЗу. Заглянул в диспетчерскую.

— А, Рыбаков! — сказала диспетчер Тамара. — Труба твое дело, Рыбаков. Там в сем­надцатом муфту сорвало, где ты вчера делал. А тебя еще и нету нигде. Иди к Алле Вален­тиновне. Ух, злая она! — И повторила: — Труба тебе.

— Явился, чудо? — зловеще прошипела начальница.