Ветер

И хорошо ещё, если убежала к мужику (хотя, так сбегать – на неё не похоже), а вдруг, и скорее всего, как предположил дядька, она в опасности?

«Так, - сказала себе Светка, выходя из подъезда, - Оберег ты или не Оберег?! А ну-ка быстро придумай, что делать!» Она села на лавочку у дома, уронила голову на руки и… заплакала. «Придумала, тоже мне!» - ругала она себя, но остановиться уже не могла.

Глава 31. Слушай своё чутьё

Дядька Семён сидел на большом кожаном диване в гостиной у Генриха. «Генрих Восьмой», - хихикнул про себя дядька.

Его жену звали Анна. «Болейн», - дядька раздал всем прозвища и теперь с интересом озирался по сторонам.

Комната была большая, на стенах и в шкафу красовались сувениры, привезённые из разных частей света. Африканские и венецианские маски, ловец снов с разноцветными перьями, маленькая кукла-китаец, картина с изображением двух гейш, «Большой брат», тыкающий пальцем в любого, кто на него посмотрит… Словом, поездили хозяева квартиры знатно!

На журнальном столике перед дядькой лежали его отмычки, которые с большим трудом вытащил из замочной скважины прибывший следом за полицейскими слесарь.

Семён боролся с искушением остановить на минуту время, спрятать их в карман (а где карман, там и ветки-помощницы, и никто тех отмычек никогда не найдёт, пока сам дядька не захочет!) и убежать, но помнил завет начальства: минимум магии в этом мире и только в случае смертельной опасности для себя или кого-то из своих. Смертельная опасность ему не грозила, так что нужно было выпутываться как-то самостоятельно. Впрочем, если всё затянется слишком надолго, он готов был пренебречь заветом начальства. Иногда он это себе позволял, и всякий раз ужасно ругал себя за злоупотребление.

Анна принесла полицейским и мужу чай с печеньем в красивой плетёной вазочке с узором, похожим на древние письмена. «Наверное, тоже сувенир», - подумал дядька. И с неудовольствием отметил, что для него чашку никто не принёс.

- Хозяюшка, - обратился он к Анне, - а арестантам чаю испить не полагается?

- Ой! Извините, конечно, - «хозяюшка» явно о нём не подумала, а теперь смутилась, потому что считала себя толерантным и вежливым человеком.

- Поить чаем грабителя? – Генрих удивлённо поднял бровь.

- Даже смертников кормят, милый, - парировала Анна.

- Кстати, никогда этого не понимал, - ответил он.

Полицейские, не сговариваясь, кинули на него неодобрительный взгляд.

- У нас вообще смертной казни нет, - сказал один.