Человек

Алиса ухмыльнулась: ей нравилось строить своих подчиненных. — Направь свой гнев на врагов человеческих, и нечеловеческих тоже, — произнося последние слова, Ашот искоса посмотрел в мою сторону.

— Он знает, — бесстрастно сообщила Алиса.

— О! Поздравляю тебя, дорогой подозреваемый номер один, теперь и ты посвящен в безумнейшую из тайн.

— Подозреваемый номер один? — переспросил я.

Ашот снова вопросительно уставился на свою начальницу, затем во взгляде его появилась нервозность, а следом и испуг. Видно, он только что допустил серьезный промах.

— Я за сваркой, кажется, она была в гараже… Ты же не хочешь, чтобы моя машина так громко тарахтела, верно? Приятно было познакомиться, Алексей, — Ашот залпом проглотил горячий кофе, и как только у него это получилось — ума не приложу. Горло, точно, обжег. А затем его как ветром сдуло. Он даже обувался уже на улице.

— Алиса, что еще за подозреваемый номер один? — повернулся я к девушке.

— Это ты, — улыбнулась рыжая.

— Как это понимать?

— Я уже сказала тебе.

Твоя судьба — встретиться со мной и увидеть логиков на маяке.

— Очень уклончивый ответ, а теперь, пожалуйста, поясни.

Алиса состроила гримасу: не хотела выдавать очередную тайну департамента. Чертов Ашот! — вероятно, именно так она думала.

— В департаменте ты проходишь как подозреваемый номер один с момента появления магии на Земле. Твой отец — Виктор Сказов, погиб при загадочных обстоятельствах, твоя невеста исчезла, а в парке, где все это случилось, долгое время присутствовала аномалия.

Люди от этого места шарахались, словно оно чумой заражено. Тебя знают в лицо все работники департамента, — как на духу выложила Алиса.

Ошарашенный, я гадал, чего у меня внутри сейчас больше: обиды, злости, удивления или какого-то иного чувства? Оказывается, рыжая с самого начала знала меня так, как не знает никто во всем мире. Даже Горыныч в курсе лишь общей картины, судя по моему собственному досье.

— Так вот с какого хрена вы ко мне прицепились! — Все смешанные чувства победила радость от разгадки терзавшего меня вопроса, правда, она была недолгой.

— Судьба, судьба… — проворчал я. — Какая, к черту, судьба, когда надо мной висел бдительный глаз департамента?! Так! А почему, собственно, я попал под ваше наблюдение?

— Ты — единственный выживший и, как следствие, — подозреваемый, — делая глоток, ответила Алиса.

— Подозреваемый в убийстве собственного отца и девушки? — оскалился я.

— И создания аномалии… — виновато добавила рыжая.