Добромысловъ Plaza

Только как перебраться обратно? Лёд сломан на половину речки. Значит, тонкий, и её не выдержит. Снова плыть? Или искать брод? А как его искать?

И тут в памяти всплыли слова Марка о том, что на противоположном берегу берёзы росли вниз. И ходить туда нельзя.

Надя замерла. Как будто кто-то был рядом и внимательно на неё смотрел. Медленно обернулась. Никого. И берёзы. Нормальные. А не как в прошлый раз – корнями наружу. Просто берёзы под снегом.

Рядом зашипело. Надя глянула на речку и поползла прочь. От воды стал подниматься пар.

Сначала тонкий и прозрачный, он становился всё гуще. Скоро лёд исчез, а тёмная вода пошла волнами и пузырями, отгораживая другой берег непроглядной стеной густого пара. Река бурлила и кипела, брызгая на берег водой, тут же превращавшейся в ледяные кристаллы.

Надя перевернулась и поползла к берёзам. Или придётся пережидать, или замёрзнуть под их корнями. Оглянулась.

Из воды медленно поднимался силуэт. Сквозь пар проступали черты женщины в длинном платье. Она плавно выходила на берег.

Струи пара клубились у мокрого подола белого платья, бледных рук и длинных блестящих чёрных волос. Из головы росла густая крона из веток. Над глазами изо лба в разные стороны тоже уходили прутья.

Женщина вышла на берег и двинулась к Наде.

Глава 10. Прах да кости ждут вас в гости

Надя, пятясь, потихоньку отползала, перебирая руками. Поскользнулась, упала на локти. Оглянулась, ища путь для побега. В ночной зимней мгле что-то темнело, как будто домик.

Но от Вирявы (надо же, имя само вспомнилось) вряд ли получится там укрыться.

Но, похоже, это и не нужно – Вирява, поднявшись из воды, плавно и почти бесшумно приблизилась и, будто не обращая никакого внимания на Надю, проплыла мимо. Скрылась за стволами берёз.

Надя перевернулась, поднялась на ноги и поковыляла к избушке. Домик оказался окружён плотным кольцом деревьев – ив и берёз, чьи ветви сейчас застыли под густыми снежными шапками. Вокруг домишки волнами громоздился лёд, как будто дом стоял в озерце.

Только не на самом льду, а на двух столбах, поднимающихся над поверхностью водоёмчика.

С берега к низкой двери вёл деревянный мостик без перил. Засунув руки под мышки и стуча зубами, Надя кое-как дошагала по шатким доскам до домушки. Постучала. Пальцы совсем потеряли чувствительность.

Дверь медленно отворилась. Надя ожидала, что она будет нещадно скрипеть, но вход открылся совсем беззвучно. Из избушки пахнуло ароматной древесиной.