Жнец

Потом будет откат, внешность вернется к исходной. Носить его нужно на груди, беречь от сильных ударов.

Одного только изменителя внешности было достаточно, чтобы действовать вполне эффективно, ведь теперь я сделался практически невидимым для камер наблюдения. Но кровососы расщедрились и выдали, в довесок к моему пистолету, еще и холодное оружие. Первый раз взяв его в руки, я никак не мог определиться — это длинный кинжал или все-таки короткий меч? Даже хотел отказаться — в качестве холодняка я предпочитал более привычные ножи, а с этим как вообще действовать?

Но немного с ним поработав, понял, что был к кинжалу несправедлив.

Он был легок, ухватист и легко вписывался во все знакомые мне связки. А его прочность и острота просто поражала воображение. Почти без усилий я отрезал уголок стола, за которым сидел и с удовлетворением увидел чистый срез. Будто не прессованную древесину резал, к которой лучше с пилой подходить, а пенопласт.

Ну и напоследок мне выдали напарника. Я почти не удивился, когда узнал, что им будет Маарет да Воль.

— Но зачем? — удивился я. Хотелось добавить киношную фразу про "я работаю один", но, во-первых, я уже давно не "работал", а во-вторых — диверсанты вовсе не одиночки, как представляют люди несведущие, а командные игроки.

— Контроль. — вполне человеческим жестом пожала плечами девушка. — Поддержка. Но больше — контроль. Мы хотим выяснить, что происходит, а не удовлетворяем твое желание мести.

— Да ничего бы я с ним не сделал! — не слишком искренне возмутился я, имея ввиду, конечно же, Иванова.

— Рада это слышать.

Часы показывали около пяти часов дня, когда мы с Маарет добрались до управления ФСБ края. Где я тут же начал реализовывать свою задумку.

Можно было бы посидеть неподалеку от выхода, срисовать Иванова и потом сесть к нему на хвост, но… Даже в облике старичка я буду вызывать подозрения, если начну часами крутиться у здания, полного безопасников. Меня обнаружат через камеры, затем поставят на наблюдение, а позже может и для беседы "пригласят".

Другое дело — самому сунуться в пасть дракона.

Больше всего на свете любой представитель государственной власти, неважно, гражданской или военной ветви, боится активных граждан. Тех самых опасных деятельных старичков и старушек, которые легко могут втянуть тебя в двухчасовую историю о парковке в неположенном месте. Любой из полицейских и даже безопасников знает: увидел такого жалобщика — кинь в него своим молодым коллегой! Ведь отказать гражданину в приеме нельзя.