Жнец

Судя по тому, что нам сейчас известно, кто-то пытается использовать их против разрушителей. Натравливая на Фабричного.

— Вот как? — я уже говорил, что не силен в расследованиях? — И из чего же сделан такой вывод?

В игру "вот тебе часть информации, сложи из нее полную картину", я играть не собирался. Любил бы тайны и загадки, пошел бы служить в военную полицию, а не в ССО.

— Понятия не имею. — пожала худенькими плечиками вампирша, которая была таким же любителем ребусов, как и я. — Мне так сказали старшие. На складах были жнецы.

Сразу, после того, как ты их сжег, убили Иванова. Сперва мы подумали, что это безопасники заметаю следы…

— Я ничего такого не думал… — вставил я, но сразу же понял, что под "мы" она подразумевала вовсе не нашу "боевую двойку".

— …но потом пришли к выводу, что это Фабричный нанес ответный удар. Твой противник сообщил, что его нанял некий Артем Клевка, а он, как стало известно, работает на Фабричного.

А вот это я понял — не такой уж и тугодум. Я еще ничего не успел рассказать немертвой о столкновении с бывшим сослуживцем, как и о том, кого он назвал своим нанимателем.

Она, однако, прекрасно была об этом осведомлена.

— Следила за мной? — задал я вопрос, который, впрочем, не нуждался в ответе.

— Сторожевой амулет. — пояснила женщина.

Приблизившись так близко, словно собиралась меня поцеловать, она запустила пальцы в мои волосы и аккуратно извлекла из них крохотную булавку. Боли я не почувствовал, однако артефакт каким-то образом крепился. И, видимо, прочно, поскольку не выпал после беготни и драки.

— Активируется, когда твой пульс повышается до ста двадцати ударов в секунду. — пояснила она. — Создает короткие сообщения из твоих визуальных и аудиальных каналов. Слишком много поставлено на карту, чтобы мы могли рисковать. Тебя могли убить, а мы бы даже не узнали кто.

Какая забота!

— Можно было и сказать.

— Судя по твоему психотипу, ты без восторга воспринял бы эту меру.

Это еще слабо сказано! Но, что сделано, то сделано. Истерить по поводу того, что союзники оказались продуманами, я не собирался.

Вся моя прошлая жизнь в армии, да и ее продолжение на гражданке, научила, что обижаться контрпродуктивно. Если уж тебя действительно сильно обидели, проще сломать негодяю ноги, чем тратить время на эмоции.

— Ясно. — сказал я после ее признания. — Итак, Фабричный…

— Да.

— Что будем делать дальше? Навестим Клевку и зададим ему пару вопросов?

— Его пока не обнаружили ни дома, ни на месте работы. — ответила Маарет.