Что если

Однако отель ожидал прибытия президента Транзии, которому необходимо было показать народу, что трагедия шахтеров Вандагора его очень трогает. Покрутиться перед камерами, произнести подготовленную речь, пообещать компенсации семьям погибших, назначить виноватых Если не сделать этого вовремя, гуманитарную помощь вандагорцам предоставит Дум. Так что отель готовился принять президента и его свиту, охранники сновали туда-сюда, приглядываясь к посетителям, а свободные номера на всякий случай были выкуплены. После нескольких минут препирательств администратор сделал пару звонков, и Эрику предложили комнату в гостевом домике при церкви.

Этот дом с ним делили церковные коты, благоразумно избегавшие теперь выходить на улицу, и глухая старуха, мать священника.

Здесь не подавали ни кофе в номер, ни традиционного транзийского говяжьего языка с маслинами (в Вандагоре это блюдо цинично называлось «Веселая Бова»), зато было тихо, действительно чисто и не преследовала искусственная радость мерцающих неоновых огней.

Эрик заперся, упал в потертое и изодранное котами кресло и достал свой старкфон.

Ходили весьма обоснованные слухи, что если ты носишь с собой этот гаджет, Старк всегда будет знать, где ты, что делаешь, о чем и с кем говоришь. Это действительно было так, поэтому большую часть времени Эрик держал устройство выключенным, тщательно следил, чтобы оно не включалось само и никому ничего без его ведома не передавало. Мастер магнетизма мог себе такое позволить. Он доставал старкфон в экстренных случаях — если нужно было связаться с кем-то без рации в ситуации, когда уже все равно, услышит Старк разговор или нет.

Секунда, и на экране возникло лицо Ванды. Эрик сдержался, чтобы не коснуться ее пальцем, ласково провести по щеке. Она могла бы почувствовать даже на расстоянии. Как же она похожа на Магду.

— Ванда, — выдохнул он.

— Откуда у тебя этот номер? — холодно спросила она, но звонок не сбросила. Пока.

— Лорна дала, — признался он. — Я бы все равно достал, ты же знаешь.

— Это преследование, Магнето, — в ее глазах появились злые искры.

— И лучше бы у тебя были веские причины нас доставать.

Внутри у него все сжалось от этой официальности. Возможно, он это заслужил.

— Мне нужна твоя помощь, — сказал он. — Только твоя. Дело в твоей матери.

Ей не хотелось выслушивать его, конечно же. Но он все равно рассказывал. Долго, подробно. О городе, о том, что происходит, о Магде.

— Я соболезную, — так же холодно сказала Ванда, выслушав его. — Но я здесь ни при чем.