Городские истории. Книга 2.

Когда он засыпал он мог как видеть обычные сны, так и выпускать свою душу в материальный мир в качестве призрака. Для этих путешествий он чаще всего выбирал форму кота. Обычно он был невидим для окружающих, но иногда на него находило настроение и он показывался горожанам, в самых разных видах. Очень любил, кстати, разыгрывать чеширского кота из Алисы. Однажды решил научиться если не исчезать так, как чешир, то хотя бы постепенно становиться невидимым. Стать невидимым сразу, весь он мог, а вот чтобы до улыбки.

Это потребовало от Вебера титанических усилий и несколько лет тренировок, во время которых Горислав с удовольствием над ним похихикивал. Но Вебер все же добился желаемого результата и теперь мог разыграть перед шокированным горожанином «улыбку без кота». Поговаривают, что нравилось это далеко не всем.-Так вот, - гордо продолжил Вебер, - я никогда раньше не путешествовал по развалинам монастыря. Просто не думал, что смогу найти там что-то интересное. А тут…уж честно, не помню, почему меня туда понесло. И там я и познакомился с призраками монашек. Представьте себе – я ничего не обнаружил, пока они сами на меня не вышли! Это обстоятельство удивило меня больше всего. Я очень захотел узнать, что за сила позволяет им проделывать такие штуки. Не буду описывать, как втирался им в доверие, скажу лишь, что для призраков они весьма и весьма адекватны, вполне понимают, в каком времени и месте находятся, неплохо осведомлены о мире вокруг. Подчас призраку доступна лишь та реальность, в которой он когда-то жил и умер. Монашкам доступны обе – настоящая и прошлая. Даже нет, не так, они сами могут менять для себя реальность. Ну и для меня. Например, один раз они приняли меня во дворце, а другой…в общем, неважно. Ну и конечно, они знают о прошлом.-Постойте, - быстро сказала Кристина, пока Вебер не продолжил рассказывать, - то есть это все – дворец и …другое – это иллюзии, которые создают сами призраки?Вебер улыбнулся-Никогда не задумывался об этом, честно. Но там, в виде призрака, в этом странном сне я ел и пил, и чувствовал вкус. Я даже проснулся сытым. Может и иллюзия, но кто ее творит? Сами призраки? Их память и воля? Или место?. Нет, никогда не думал. Впрочем, что касается монашек, как я уже сказал, я почувствовал тут еще кое-что. Странную силу. Про которую они вовсе не спешили распространяться незнакомцу, пусть даже и покорившему их своим обаянием.Вебер усмехнулся и замолчал на некоторое время, словно вспоминая что-то.