Здесь и сейчас

А колдун, смеясь, вышел из погасшего круга и нарочито медленно шёл к будущей жертве.

— Что ж, мальчик, зря ты не согласился по-хорошему.

Он подошёл вплотную и брезгливо отпихнул дедову книгу носком безнадёжно испачканного ботинка.

Едва колдун коснулся книги, густо облитой Данькиной кровью, как книга взбугрилась сияющим шаром. Шар стремительно разросся и рассыпался десятками светящихся фигур.

Колдун застыл.

Ближайшая к Дане фигура наклонилась ближе, и он разглядел знакомое одноглазое лицо:

— Дед...

— Конечно, дед! И прапрадед, и много кто ещё! Эх, беззубое вы племя! Гуманизм, толерантность! Не запирающее заклятье нужно было, а изничтожающее! Тогда бы мы сразу явились, а тут пришлось дожидаться крови да смертной угрозы.

Колдун принялся размахивать руками, творя какие-то чары, но полтора десятка светящихся фигур набросились на него, затем ещё несколько и ещё, превратив «Романа Викторовича» в огромный сияющий ком.

— Не место ему тут, Даня! Не место!

Дед подмигнул и присоединился к остальным.

Он оказался последним. Земля задрожала, а затем раскрылась глубокой трещиной через весь огород и поглотила и колдуна, и призраков.

Данька с трудом приподнялся и неловко уселся, опершись на стену сарая. Протянул руку, дотронулся до книги. Подтянул потрёпанный фолиант к себе, отряхнул от налипших комьев земли и благодарно погладил кожаный переплёт.

Мрачное ночное небо медленно светлело на востоке, обещая погожий день. Надо вставать, приводить себя в порядок и возвращаться в город. Потом объяснять в универе свою отсутствие и отмывать квартиру от защиты.

Никто не скажет «спасибо» Дане и покойному дедушке, но это неважно.

Важно, что небо светлеет на востоке.

Изо всех сил

— Это что — волосы?! Фу! — Тоха отдёрнул руку и отскочил.

— Сам ты «фу»! — Димка прижал к себе растрёпанный пучок. — Это кусок знамени Чингисхана!

Ребята вокруг зашумели: кто-то восхищённо присвистнул, кто-то взялся возражать.

— Мы же в Улан-Батор с отцом ездили...

— Может, и ездили, — возразил вредный Тоха, — да только знамя — это такой флаг! Он из ткани, а не из этой пакости.

— Погугли, лузер! — фыркнул Димка. — У монголов из лошадиных волос делали...

— А, волосы! Волосы! — завопил Тоха.

Димка хотел ответить, но Василь Палыч свистнул, и команда помчалась в спортзал. Димка торопливо сунул заграничный трофей в шкафчик и побежал за своими.