Свора певчих

Девушка пыталась ухватиться хоть за что-нибудь, она перевернулась на спину, целясь свободной ногой в держащую руку. В полутьме ничего нельзя разобрать, но она заметила странный блеск на месте глаз напавших. Она попыталась закричать, в ответ раздался свист, а затем резкая боль вокруг шеи — на неё накинули удавку.

— Вот уж дудки, — зло прошипели сверху, а потом раздался крик, — свет!

И запульсировали белые вспышки — в глазах моментально задвоилось и в голову вонзились стальные иглы, и как бы Реми не щурилась — светоудар оказался слишком силён.

Она слышала, как оттеснили Роберта, как продолжает биться Виви, но саму её подхватили будто она беспомощный котёнок и вытолкнули в окно прямо в руки других мужчин.

— Уходим! — вновь донёсся хриплый голос, и её поволокли в лес по сырой земле, не заботясь, что она цепляется голой кожей о сучья и ветки, а грязь забивается в волосы и на теле скоро расцветут новые синяки от каждой встречной кочки.

Однако она не была беспомощной, как думали похитители. Реми удивительно быстро оклемалась от светового удара, и, лишившись всякого освещения, внезапно осознала, что способна видеть в темноте.

Она видела своих похитителей. Это были люди, трое простых мужиков в одежде работяг. Только их лица были злыми, искривлёнными. Они не желали ей добра.

Этого было достаточно, чтобы девушка вновь начала извиваться, а когда один из них собрался вырубить её, она вонзила столовый нож прямо в бедро мужчины и тотчас выдернула. От неожиданности её отпустили и Реми больно приложилась лопатками о землю, переворачиваясь, пытаясь подцепить ножом верёвку на шее.

— Ну всё, гадина, сейчас…

Тот, кого она пырнула, уже упал от кровопотери, и другой мужик пытался обвязать рану, из которой хлестала кровь, когда её грубо схватил за плечи, намереваясь ударить по лицу. Пришедший звук напомнил нарастающую городскую сирену на низких частотах, похититель даже не успел дёрнуться, взорвавшись на глазах Реми, окатив её смрадной волной.

Она услышала, как та же участь постигла остальных.

А потом её бережно обняли за плечи, освобождая от удавки, и обтёрли лицо, чтобы Реми могла видеть. Перед ней стоял пышущий гневом Рене, а удерживал в вертикальном положении Феликс, проверяя самочувствие. В полутьме его глаза светились зелёным.

— Почему они так светятся? — рассеянно пробормотала она, пока Феликс водил пальцем из стороны в сторону, следя за реакцией зрачков.

— Немного контужена, но в порядке, — заключил он, отпуская Реми.