ТРИ ЗВЕРЯ. Сказки Межмирья

А что если этот сон был прощальным? Что если Влад действительно Принц, так чудовищно заплутавший по пути к ней? И сейчас, когда они встретились, наконец, в реальности, этот сон был последним знаком? 

 Марина закусила раненную ладонь, чтобы сдержать всхлипы. Во рту загорчило моющим средством и кровью – то был вкус ее отчаяния.

Руку саднило. Порез поначалу казался пустяковым, Марина даже пластырем не стала заклеивать. Теперь жалела и силилась спрятать его под край рукава пальто. Ничего, вот дойдет до дома, промоет, как следует, заклеит – и все будет хорошо.

Солнце уже пряталось за скатами крыш многоэтажек. По другую сторону неба набегала стая туч, маленьких, но темных. Чудо продержалось недолго. Марина вздохнула, перевела взгляд с темнеющего небосвода на светофор. Вздрогнула. 

Под светофором сидела большая собака. Абсолютно белая.

– Прочь! Прочь от меня, тварь! Уходи!

Марина огладила подушечки пальцев, словно пропуская сквозь них шелковистую шерсть. Как во сне. В навалившейся на мир тишине, она слышала лишь биение собственного сердца.

Собака посмотрела ей в глаза. Поднялась. И скрылась за углом ближайшего дома, на мгновение опередив смену красного на зеленый.  

- Постой, - прошептала Марина, делая шаг.

Что-то тяжелое ударило ей в спину. Сверху-вниз, по плечам и лопаткам. Марина упала, вскрикнула не то от испуга, не то от боли в содранных руках и коленях.

- Ай… мамочки, - Марина со стоном отползла с проезжей части и усевшись на мостовой огляделась в поисках того, что ее сбило.

Первым делом в глаза бросилась абсолютная пустынность улицы. А ведь, кажется, только что мимо и вокруг ходили люди. Теперь же не было ни единой души, кроме самой Марины и… незнакомца, что распростерся на тротуаре рядом – его она заметила во вторую очередь.

Это он в нее врезался?

- Эй, - позвала Марина, трогая парня за плечо.

Многострадальные пальцы ударило разрядом статического электричества. Незнакомец застонал, болезненно и глухо, тонкие пальцы царапнули землю, дрогнули черные ресницы. Худой и бледный юноша, примерно ее ровесник лежал на боку в позе эмбриона. Тонкие черты лица прятались за спутанными прядями смоляных волос. 

Марина поднялась сама и попыталась перевернуть беспамятного с бока на спину.  Ее снова дернуло током, уже значительно слабее.