ТРИ ЗВЕРЯ. Сказки Межмирья

Марина фыркнула:

– Разве Линда… – и сама себя оборвала, понимая, что не может представить подругу хлопочущей по дому.

– Линда, – Влад на секунду скривился, вздохнул.

Заел неприятные мысли очередной ложкой свекольника.

Марина почувствовала себя виноватой. Холодный образ Линды повис между ними, быстро заполняя собой гулкое пространство огромной квартиры-студии. Вскоре уже каждая деталь интерьера нашептывала Марине о том, что она здесь лишняя, чужая. Незваная гостья.

Хотя, почему это незваная? Всеволод сам ее пригласил, она не напрашивалась.

Вошла в открытую дверь и вела себя аккуратно. Всю посуду за собой помыла и не курила, гася окурки в кофейном блюдце. И уж тем более ничего не поджигала.

– Спасибо, – сытый выдох Влада почти сбил ее сердитые мысли. 

Марина посмотрела на него – такого красивого и недоступного, живого и настоящего. Поднялась. Быстро подошла, боясь, что малейшее промедление заставит одуматься. 

– Мари, ты чего?

Она поцеловала его. Словно ухнула в полынью. 

– Мари, – прошептали его горькие губы, когда она рискнула освободить их на секунду, сделать вдох.

И ледяная вода сомкнулась вокруг нее обжигающими объятьями. 

Седьмая сказка

Стены белого города казались неприступными, но для Черного не существовало преград. По крайней мере, не тогда, когда он шел навстречу брату. Под массивными черными лапами белый мрамор крошился словно мел. Личная гвардия Владыки и даже безупречные в своей верности телохранители бежали, побросав копья и мечи. Черный презрительно оглядел примитивное оружие, дивясь привычке брата выбирать для проживания столь отсталые миры.

Копья и мечи – подумать только! Впрочем, примитивизм играл Черному на руку, а точнее – на лапу. Существуй в этом мире лазерное или хоть огнестрельное оружие, и путь к брату мог оказаться несколько более затруднительным и долгим.

Черный не торопясь взошел по тысяче ступеней, вминая по пять при каждом шаге словно ломая снежный наст. С трудом протиснулся в высокие, но узкие ворота храма.

– Здравствуй, Белый.

Молчаливый укор золотых глаз был ему ответом.

– Ты неплохо устроился, как я погляжу, – Черный с интересом осмотрел витые узоры перламутровой мозаики на стенах и хрустальный купол потолка. – Шикуешь, в кои-то веки.

Белый укоризненно вздохнул:

– Ты напугал людей на площади.

– Да. И по всему городу, – кивнул Черный, ни капли не смущаясь.

– Зачем ты пришел? – Белый продолжал корчить строгую гримасу, хотя глаза его смотрели с теплом.