Грайзбург. Сон разума

– Да, но, – Марго замялась, в ней все еще плескался стыд за несдержанные слова. – Что если он откажется от перевода?

– А вы сделайте так, чтобы не отказался.

– Да, но…

– Маргарита Васильевна, – в голосе главы корпорации уже явно прорезалось раздражение. – Вы лично отвечаете за…

– А что если препарат не получится синтезировать? – ее саму пугала возможная неудача, но еще больше она страшилась разрушить последнюю надежду своего ангела. – Быть может, нам все-таки…

– Что?

– Велиар. Его материал идеально…

– Нет! – Михаэль обжог Маргариту взглядом.

– И думать не смей! Никогда.

– Но мы ведь все равно берем анализы каждый месяц.

– Значит будете брать раз в три месяца и не чаще. Не смейте его тревожить. Вы меня поняли?!

– Простите, – Маргарита всхлипнула. – Я просто хотела… помочь.

Михаэль какое-то время буравил взглядом ее тонкое вздрагивающее тело. А потом взгляд смягчился. Глава корпорации шагнул навстречу своей заместительнице и обнял ладонями бледное лицо.

– Ах, Марго, мой кареглазый ангел, – начал говорить он мягко и успокаивающе, напрямую обращаясь к маленькой девочке, что рыдала в глубине ее души.

– Разве не видишь ты, что вся моя нынешняя жизнь и без того держится лишь на твоей неоценимой помощи? На твоих хрупких плечах. И так, я верую, будет впредь. Но сейчас, после этих трех лет, что мы наконец-то смогли прожить в относительном спокойствии, я не хочу ничем рисковать.

– Но Велиар стабилен. Никакой динамики, – попыталась все же возразить Маргарита.

– Ты сама мне говорила, что триггером может послужить любое неосторожное вмешательство.

– Но я осторожна. Я же…

– Тшшш, нет, Марго, нет.

– У нас всегда есть протокол А на случай…

– На самый крайний случай, – Михаэль вздохнул. – И я страшусь того дня, когда он все же настанет. Ведь тогда все придется начинать заново. Эти бесконечные поиски, слежка, извечный страх не успеть… тебе ли этого не понимать?

Маргарита вновь расплакалась. Чувство вины нахлынуло на нее волной. Какая же она эгоистка! В надежде избавить себя от мук невольного палача, она забыла о том, что для ее жертвы эти муки могли казаться отдохновением от еще больших страданий?

– Простите меня, Михаэль Александрович.

Я больше никогда…

– Ну что же ты, Марго. Перестань. Не плачь. Я не сержусь. Ты мой ангел, ты моя опора. Что еще я могу от тебя требовать? Что еще твоя душа жаждет мне дать?

Маргарита вдруг подалась вперед отчаянным порывом. Впечаталась губами в рот Михаэля, и в этом неловком поцелуе звучал ее ответ.