Грайзбург. Сон разума

И все, что приснится, будет преследовать тебя до конца жизни.

– Зачем?

– Чтобы поменяться с тобой местами. Засунуть тебя на самую глубину – в следующий уровень сна, откуда невозможно проснуться. А самой воплотиться окончательно. 

Машина взревела мотором особенно громко, словно подтверждая слова Евгении и свои намерения. 

Парень вновь опасливо выглянул в проем двери.

– Почему именно машина?

– А это уже не твое дело, – рыкнула Горгона.

Шакал обернулся к ней и обезоруживающе улыбнулся:

– Прости.

Ты права.

Женя растерялась. А парень поправил на плече свой нелепый автомат и спросил:

– Но ведь ее можно как-то победить?

– Не знаю, – честно призналась Горгона, и лишь сейчас вспомнила, с кем разговаривает. – И вообще, с какой радости шакал спасает искателя?

– С такой, что может и хочет. Кстати, меня Дэн зовут. 

– Горгона.

– Это из-за татух? Прикольно.

Его непосредственность сбивала с толку. Женя растерялась окончательно. А Дэн, напротив, посерьезнел и собрался:

– Эта тварь вот-вот доползет до нашего этажа.

Нужно куда-то уходить. 

– Она тебя не тронет, – Евгения позволила себе вздох. – Ей нужна только я. А мне нужно проснуться. Иного спасения нет.

– Так проснись, – пожал плечами Дэн. – В чем проблема? Или ты под препаратом?

– Нет! – возмутилась Женя. – Просто рядом с Машиной это сложнее. Она меня словно удерживает.

– Это плохо, – неправильный шакал огляделся. – Пошли. 

Он быстро зашагал вглубь коридора. Евгения последовала за ним, мысленно удивляясь собственной доверчивой покорности.

Обычно любую заботу она воспринимала в штыки, как попытку подавить ее и отнять инициативу. Но Дэн не вызывал ощущения соперничества или покровительства. Он воспринимался скорее как старший брат, которого у Жени никогда не было. 

А может быть дело было вовсе не в неправильном шакале, а в том, что Горгона была слишком сильно напугана Машиной чтобы справиться с ситуацией самой? Эта мысль была неприятной, и Женя поспешно выбросила ее из головы.

 

Дэн тем временем отыскал какой-то крошечный балкончик с напрочь проржавевшими перилами. 

– Иди сюда, – подозвал он, с воодушевлением рассматривая что-то внизу. – Посмотри.

Горгона вышла на балкон и взглянула вниз, но не увидела ничего кроме кучи битых кирпичей и гнутой арматуры, уже проросшей вездесущей жесткой травой. 

– Что ты…

– Просыпайся, – сказал Дэн и толкнул Женю в спину.

Она рухнула лицом в кирпичное крошево. 

И проснулась.