Шёпот мёртвых

Пусть лучше все думают, что молодой бунтарь-хранитель просто ушел в свободное плаванье из своего храма, а не нарушил священное правило, навсегда закрыв себе путь назад.

Поэтому Тодор с каким-то гневом глянул на лежащий на его столе труп и повел плечами, пытаясь сбросить обрывки воспоминаний из своей головы, раз они толком не могли помочь. Он не скажет детективу ничего. Потому что ему ничего знать из этого и не требовалось.

– Нет, – произнес Тодор, разворачиваясь к своему столу и пытаясь выглядеть как можно непринужденнее.

– И это все, что я могу сейчас сделать. Так что либо зовите некроманта, хотя тот тоже здесь бесполезен, либо свалите из моего морга.

Тодор не видел задумчивого взгляда Эзтли и непонимающего лица Фарека. Он смотрел только в окно на легкие снежинки первого в этом году снега, что осторожно опускался на холодную землю его странного мира.

Китлали понимал, что молчание сейчас могло привести в его обитель еще трупы с такой же меткой, что ему вновь и вновь придется видеть эти черные глаза и слышать надрывный голос с той стороны.

Но и рассказать, несмотря на всю опасность чужих смертей, он не мог. Опасность, что могла настигнуть его едва ли не за ближайшим поворотом, заставляла сжимать зубы и не позволять прорвать сквозь них хотя бы одному звуку. Он не знал, что происходило у него за спиной. Как-то опасался поворачиваться. Мало ли, что мог подумать Эзтли. Они не слишком уж и хорошо были знакомы, чтобы говорить о каком-то взаимном доверии. Может, если Тодор откроет рот, то на завтра его просто выпнут из полиции. Назад как-то к частной практике он возвращаться не хотел.

Но позади была тишина. Только через минуту-другую послышались тяжелые шаги, шуршание по плитке чужих ботинок и скрип двери. Детектив ушел из морга ни с чем.

Глава 3

Прошло уже несколько дней. Новая рабочая неделя подходила к концу, а за окном всё так же шёл снег, накрывая город пушистым и очень толстым слоем. Приближался Новый год. Все готовились к празднику, украшали дома. Даже здание полиции начало пестреть от красных и зеленых огоньков.

Тут и там слышались разговоры про сборы светлых и игрища тёмных. У каждой расы на это время были свои ритуалы. Даже вечно беспристрастные хранители мертвых перед Новым годом обычно открывали двери храма и позволяли другим расам в очередной раз встретиться с теми, кого они любили, но потеряли.

Тодору было не до праздников. В некотором смысле он оказался прав в этом странном и слишком затягивающем деле.