Герасим не согласен

— Отчёт по этому делу за тобой, — Вальдемар накинул ремень безопасности и завёл машину. — Основную работу ты выполнил самостоятельно, тебе её и расписывать. А я следующий напишу.

Гера кивнул и взглянул на время.

— Обеденный перерыв уже начался. Ты обычно в управлении обедаешь или ходишь куда?

— Да по-разному бывает. Сейчас всё равно в офис едем, там и поедим, — он побарабанил пальцами по рулю. — Я вот только никак в голове уложить не могу, почему от пацана отказались. Оборотни очень чтят родственные связи, и даже полукровку воспитали бы, как равного.

— Это сейчас в моде инклюзивность и равноправие, а тридцать лет назад за такое могли из стаи выгнать. И если к мужчинам-оборотням, нагулявшим ребёнка на стороне, всегда относились снисходительно и обычно прощали — новая кровь препятствует вырождению стаи, как ни крути — то тут, представь себе, оборотниху за связь с чужаком могли подвергнуть общественному порицанию и даже смерти. Они же женщин вообще за людей не считали: так, придаток к мужчине — для обслуживания и деторождения.

А тут девчонка молодая от человека забеременела, какая бы судьба её ждала? Ничего хорошего, я так думаю.

— Да уж, мрачненькая вырисовывается картина, аж живот подвело, — Вальдемар ловко подрезал нерасторопный внедорожник и перестроился в другой ряд. — Надо будет Катюше сейчас рассказать, пока в очереди стоим. Катюша у нас русалка, в столовой на раздаче работает, барышня трепетная и чувствительная — и некоторые козлы, бараны и вампиры этим пользуются.

— И в чём интерес? — не понял Гера.

— Если русалка находится не в водной среде, а на суше, то анатомически ничем от обычной женщины не отличается.

— Кто про что, а вшивый про баню, — Крейц захихикал, — всё с вами ясно, Герасим Евстигнеевич. А интерес тут совсем в другой плоскости находится, не в горизонтальной, а в метафизической. Расчувствуется Катюша от мелодраматической истории, всплакнёт и уронит слезинку-другую в тарелку — вот тебе и готово универсальное лекарство от всего на свете. Русалочьи слёзы — они, батенька, на вес золота.

..

Глава 10

— И вы представляете, Катенька, — Вальдемар драматично закатил глаза вверх, — она оставила младенца, которого девять месяцев носила под сердцем, в коробке на крыльце больницы и отправилась в последний путь. Вот она, сила материнской любви и верность выбранному мужчине.

Девушка, на русалку, кстати, совсем не похожая — ни тебе выпуклых рыбьих глаз, ни роскошной косы волос — всхлипнула и опустила голову.