Герасим не согласен

— Принимая во внимание внушительный список закрытых дел, положительную характеристику с места работы, отсутствие подобных срывов в прошлом, — ну ещё бы, не каждый же день у него напарники собой жертвуют, — я пришла к решению поставить вам статус «годен для дальнейшей службы», но с некоторыми условиями.

Гера на секунду прикрыл глаза, чтобы не выказать свою радость и вновь внимательно воззрился на психологиню.

— Я так понимаю, ответственность за моё поведение теперь возложена на вас?

— Да, — девушка скрестила руки на груди, — вы обязаны продолжать терапию и посещать еженедельные занятия, а также каждый день писать и отправлять мне отчёты — форму вам на почту я уже выслала.

— Это всё? — Герасиму хотелось встать и бежать отсюда прочь, прямо в казённом балахоне и тапочках на босу ногу, но грёбаные приличия и правила хорошего тона заставляли оставаться на месте с максимально незаинтересованным видом.

— Не совсем... Понимаете, это было коллегиальное решение, и я не смогла его оспорить. Комиссия посчитала, что возвращение на прежнее место работы может оказаться травмирующим фактором для вашей психики и вызвать регрессию.

Гера с трудом удержал невозмутимое лицо и просившиеся наружу проклятия — пусть у него и другая специализация, но вызвать своими эманациями головную боль или несварение у неподготовленного человека он очень даже способен: нахватался всякого за время службы. Но девица-то уж точно ни в чём не виновата — вон как волнуется, бедненькая, венка на виске так и дергается пульсом.

— И ещё, — Карина достала два одинаковых листа из папки, — ознакомьтесь и подпишите.

«Обязуюсь не вести личных расследований... не вмешиваться в дело, переданное другому следователю... не использовать служебное положение в личных целях...» — короче, хрен тебе, Герасим, а не месть за убитого друга. Со всех сторон обложили, демоны, как волка флажками в лесу. Боятся, что наплюёт на распоряжения начальства и побежит вперёд паровоза с голым задом, разыскивая преступника? Страхуются? Испугались неконтролируемого видящего высшей категории?

— А если я откажусь? — Гера сжал ручку в ладони, и та хрустнула, развалившись на две половинки, удерживаемые стержнем.

— Тогда вы не сможете отсюда выйти. Для вас это, своего рода, пропуск во внешний мир. А для нас — гарантия вашей благонадёжности и готовности выполнять свой долг в рамках должностной инструкции.