Герасим не согласен

Вы же не думаете, что нам доставляет радость ехать ночью на окраину города? Но служба есть служба, и даже формальный визит должен быть нанесён и зафиксирован. И в ваших, и в наших интересах закончить с этой бумажной волокитой побыстрее и отправиться по кроватям.

В ночной тишине щёлкнул замок, и тяжёлая дверь медленно приоткрылась, пропуская их внутрь. Крейц и тут взял инициативу в свои руки, ловко оттёр Герасима пузом и просочился в жилище первым. Хозяйка с недовольным видом стояла в прихожей, скрестив руки на груди.

На вид ей нельзя было дать больше тридцати лет...

Герасим перешёл на внутреннее зрение — не то чтобы он сомневался или не доверял чутью, но последняя проверка была положена по инструкции — и чуть не выдал отвращение выражением лица: там, внутри видимой телесной оболочки, копошились обрывки чужих жизненный энергий. Нет, они не текли по разветвлению каналов, как положено в организме живого существа, а сплетались в клубки, подобно змеям, хаотично меняли направление, слепо тыкаясь в стенки сдерживающего их сосуда — одним словом, наполняли пустое вместилище и за свой счёт поддерживали существование этой богопротивной твари.

Он примерился и ударил в самый большой сгусток, заставляя энергию брызнуть из пробоины во все стороны, а затем ещё раз и ещё — пока этот суррогат женщины не опомнился от первого удара. Но, к своему удивлению, фатального вреда не нанёс: повреждённые места тут же заполнилось новой копошащейся массой, сама же хозяйка резко отпрянула в сторону и побежала по коридору прочь.

— У неё даже органов нет, просто конструкт из чужих энергий, — докладывал он Крейцу на бегу, — надо одновременно уничтожать физически и энергетически — по-другому не получится.

Напарник понятливо кивнул, извлёк табельное из кобуры и выпустил смертоносные стилеты-когти на левой руке.

Клыки его самопроизвольно удлинились, глаза зажглись нехорошим красным светом — и весь он, такой круглый и нелепый, мигом преобразился, превратившись из предприимчивого толстячка в опасного специалиста высшей категории. Напарнику под стать, как мелькнуло в голове у Герасима при виде этого чудесного перевоплощения — переход геников в боевую форму с детства оставался для него предметом зависти и восхищения.