Очевидное-Невероятное

- На свете много великих бриллиантов, - сказал он, прощаясь с камнем. - Санси, Кохинур, Куллинан, Звезда Тысячелетия… Но вот этот лучше всех! И знаете, почему? Потому, что в отличие от прочих, этот сотворён одной левой! Бук-валь-но! Запомните его название – «Левша»!

Ну вот, собственно, я вам описал почти всю церемонию. Из неизвестных мне персонажей, не удостоившихся высших рекомендаций, помимо упомянутой бесстыдницы Евы было ещё десятка два, три, четыре, пять ничем не приметных, похожих, как сны идиота, то ли женщин, то ли мужчин с неизменным тупым выражением райского блаженства, доставшегося на халяву.

После того, как вручён был последний документ, - его Льву Шаевичу, в отличие от прочих, выдавала Старшая Сестра, - всех пригласили к ёлке. Хоровод вышел не такой большой, как ожидалось, зато спаянный и монолитный. За руки держались крепко, словно от этого зависела жизнь каждого из них.

А потом, как и предсказывала Алконост, был дождь, который смывает все следы. В смысле два грача при помощи двух мощных брандспойтов весьма обильно оросили площадь Вздохов очищающими струями канализационной жидкости и всем новопреставленным предложены были слюнявчики с изображением птички киви.

137.

Фокус с брандспойтами, кстати, было обещано повторять регулярно, по четвергам, сами же четверги с этого момента принято было называть «чистыми».

Оркестр утомился и ему дали отдохнуть. Хороводили поэтому под А-капелла.

Запевали все, кому не лень. Попросили Высоцкого, но у того оказалось совершенно нет ни слуха, ни голоса.

С прочим бывшими музыкантами вышла та же история и поэтому после нескольких неудавшихся попыток, их оставили в покое.

7.

«ШЕВАРДИНСКИЙ КАПУТ».

Вот мы с вами и подобрались к самому концу. Или началу – тут уж кому как.

Отводив «мусоропровод вокруг тёлки» - так назвал это Павлик Морозов, - и досыта намозолив глотку бессмертными гимнами забытых предков, владельцы новых паспортов, вполне довольные и уставшие разбрелись по своим Палатам каменным.

Пионер-предатель был теперь всё время где-то рядом – незримо, но ощутимо. Кто-то пустил слух, что он тоже поменял удостоверение личности и будто бы теперь его звали: по одной версии – Баттиста Мантуанский, по другой - Далай Лама ХIV. Но были и такие, которые считали, что паспортов у него теперь вообще-то миллион и он, будто разбитое сказочное зеркало, нет-нет, да и поражает осколками сердца благопристойных граждан, делая из бедняг монстров и портя их репутацию.