Очевидное-Невероятное

Тут же перед моим мысленным взором пронёсся этот незамысловатый сюжет, когда весь наш класс в знак солидарности с уволенным физруком по кличке «Ржавый», единогласно решил превратиться в «Тайное общество рыжих»! Официально физрука турнули за пьянку, но на самом деле причиной увольнения как раз послужила его кличка. Скупив в ближайшей аптеке все запасы гидропирита, мы в составе тридцати человек совершили акт массового обесцвечивания! Кто-то узнал, что если процесс действия препарата сократить примерно в два раза, то волосы как раз примут медный оттенок, то есть именно то, что нам нужно.

И, как не старались мы соблюсти все правила и инструкции, результат оказался куда печальнее, чем мы ожидали! Я-то думаю, мы просто нарушили пропорцию при приготовлении состава, усилив, таким образом, его «выжигающий эффект». То, что мы представляли из себя, придя на следующий день в школу, можно было смело назвать «зомби-апокалипсисом», хотя и слова то тогда такого не существовало! Понятно, был грандиозный кипеж и закончилось это всё тем, что весь класс, включая его прекрасную половину, был жестко острижен наголо! Остаётся только добавить, что директор школы, уволивший нашего любимого учителя, был лыс, как биллиардный шар!

Да, как это ни печально, на фотографии был «Я»! Значит, Павлик Морозов? Ну, это всёже лучше, чем какой-нибудь Петя Фантиков! Впрочем, сейчас-то какое это имело значение? Павлик Морозов сбежал и как всякого беглеца его, естественно,

48.

объявили в розыск. И первый, кто об этом, узнал, был, разумеется, Зигмунд Фрейдович Дзержинский! Как говориться, ничего личного.

Что ж, оставалось надеяться, что кто-нибудь не схватит его раньше меня!

Идём дальше?

Вот витрина издательства, в ней моё мужественное отражение. Сначала разглядываю себя любимого и только потом, выставленный на всеобщее обозрение, свежий номер газеты.

Беру под козырёк, чётко приставляю ногу, щёлкнув каблуком. Вид вполне боевой, не знаю, как можно такого не бояться? В чём-то, видимо, не дорабатываю, продолжаю находиться в плену предрассудков – типа, как одену портупею, всё тупею и тупею! Стесняюсь чего-то.

Вспоминаю, как смотрел на меня Густав Карлович,

судя по разговорам, мой крёстный отец! Почему он так на меня смотрел? Может, сомневается в правильности выбора кандидатуры? Если дело дойдёт до массовых репрессий, я, пожалуй, с него и начну!

Газета называется «АБВГдейка».

Читаю крупным шрифтом, первое, что попадается на глаза.