Очевидное-Невероятное

А так как зарплата у грачей была слегка повыше, чем у врачей, а ответственности никакой, то мало кто из разжалованных ангелов, принимал своё «падение» как-то уж слишком близко к сердцу! Тем более, при желании ты спокойно мог поврачевать где-нибудь на стороне, всё в том же Усолье-Сибирском, например. Единственное, что нужно было сделать обязательно – так это сменить белый халат на чёрный комбинезон. Вот и бывший анестезиолог Пётр Николаевич Косоротов опустился на букву «г» без особых угрызений совести, правда, его случай был особенным.

В новом профессиональном сообществе его не приняли с той же решительностью, что и в старом – слишком много говорил и всё не о том! Таким образом, у него оставалась последняя возможность не стать в родном Отечестве изгоем, это буквально «полезть в Бутылку», пока охранником, дальнейшее зависело исключительно от его умения «фильтровать базар».

Но внимание моё привлекли не столько сами проводники, сколько сопровождаемый ими, персонаж. Это был молодой, плохо одетый мужичок, почти парень, с многодневной щетиной и стрижкой «под горшок». Мужичок имел единственную руку, да и то левую, пустой рукав был подоткнут под солдатский ремень, накрепко стянувший его худую талию, скрытую под старинным кафтаном, каких не шьют уже лет двести.

Однорукий стоял поодаль от сопровождающих с ничего не выражающим лицом, то и дело, подтирая единственной рукой у себя под носом. Мне показалось, этот скучающий взгляд мало поменялся бы, окажись мужичок в Преисподней, где вокруг одни только пионерские костры да скворчащие сковороды, ибо дураку понятно, что попал он сюда по вопиющему недоразумению и совсем скоро его отправят обратно! То есть, в рай.

Мужичок-новичок был налегке – ни чемодана, ни сумки, ни даже какой-нибудь завалящей котомки с парой сменного белья.

Каково же было моё изумление, когда однорукого поселили в моём корпусе, да ещё совсем рядышком – через палату! Его доставила туда старшая сестра и тут же быстренько улетела.