Артур Рэйш. История вторая. Шепот темной стороны

В результате чего заказов на новинки становилось все больше, а средняя цена на товары стремительно поползла вверх.

Конкуренты у господина Игоора, конечно же, имелись. Куда без этого?  Однако, поскольку он теперь ориентировался на состоятельных клиентов, люди победнее предпочли перебраться в лавки попроще и, тем самым, пополнили число покупателей у тех, кто не рискнул пойти по стопам удачливого соседа. В каком-то смысле от такого положения дел конкуренты тоже выиграли, так что, по большому счету, серьезной вражды у купца ни с кем не было.

Более того, уже несколько недель он подыскивал себе место в купеческом квартале, считая, что лавка должна находится как можно ближе к покупателям, и мечтал о том, как развернется во всю ширь. Однако сегодня утром молодой подмастерье, явившись на работу, обнаружил своего хозяина мертвым, и все грандиозные планы полетели во Тьму.

Правда, на мой вопрос, что же конкретно произошло, Робин почему-то начал заикаться больше обычного и откровенно смешался. А когда я начал настаивать, вжал голову в плечи и, наконец, предложил мне посмотреть самому.

Я, естественно, удивился, но виду не подал. Тем более, что мы почти пришли. Но мысленную зарубку сделал – что же не так с этой смертью, если подмастерье настолько испуган?

Жилище господина Игоора находилось в доме с вывеской, на которой были нарисованы раскрытые ножницы и пуговица. Сам дом оказался сравнительно небольшим – всего в два этажа, – но аккуратным и очень ухоженным. Совершенно новый забор, недавно покрашенные ставни, выложенный булыжниками пятачок перед входом, дающим посетителям возможность зайти внутрь без предварительных прыжков через лужи… затейливая резьба на входной двери… по обе стороны от нее – кованые подставки под цветы, которые сейчас пустовали…

Без особого интереса оглядев фасад, я вопросительно повернулся к Робину.

Тот, прекратив дышать на замерзшие пальцы, тут же кинулся к двери и гостеприимно ее распахнул.

– Заходите, г-господин м-маг. Хозяин… э-э-э… внутри.

Непонятную заминку я снова отметил, но решил обождать с вопросами, пока не осмотрю мертвеца. И вошел внутрь, будучи абсолютно уверенным, что ничего нового там не обнаружу. Распростертое на полу тело, расползающаяся под ним огромная лужа крови, жутковатого вида мясницкий топор или разделочный нож, воткнутый в спину жертвы… что в этом может быть необычного?

Однако, как вскоре выяснилось, я ошибался. И очень даже зря посчитал молодого помощника купца паникером.