Судья. Иной

И вновь ничего иного, чем пользовался ранее, я не использовал. От добра добра не ищут, как известно. Соответственно, накинув на себя личину последнего существа, державшего в руках пульт, открывающий проход в заборе, я уверенно двинулся к теремку. Удостоился контрольного тычка в ногу от чересчур бдительного насекомого, курсировавшего от куста к кусту. Насладился плодами русского зодчества. И без особых хлопот довольно быстро на этот раз добрался до входа в теремок.

Собственно говоря, и у входа-то я не задержался.

Уверенно потянул на себя дверь, которая, как и ожидалась, была не заперта, и оказался внутри дома. Быстро, мимо пустых комнат слева и справа преодолел длинный коридор. Быстро, потому как на этот раз не стал уже рассматривать картины с пейзажами русской природы, украшавшие стены. Затем, снова ожидаемо, я оказался у лестницы, ведущей вверх. Поднялся на второй этаж. И, несколько не сомневаясь, потянул на себя ручку и приоткрыл дверь, ведущую, как уже и вы могли бы догадаться, в обширный зал для приёмов.

И здесь “дежавю” закончилось. Нет. Вот что касается самого зала, который я и увидел, стоя прямо перед порогом, размеров этого зала, обстановки, да даже колокольчика-звонка на столе, в общем, самого помещения – здесь всё было точно так же, как и в том самом теремке-двойнике. Всё дело было в обитателях. Или же в хозяевах этих старорусских домов. Как правильно называть людей, что присутствовали в теремках, разбирайтесь сами, если для вас это принципиально.

Моему взору предстали восемь мужчин (а мужчин ли?), вольготно расположившихся в удобных креслах вокруг овального стола. Довольно молодых мужчин. Ну, так их пока звать будем. Можно сказать – юношей. Стройных, подтянутых, симпатичных, с чистыми лицами, здоровым румянцем на щеках и ясными, светлыми глазами. С подведёнными глазками, накрашенными губками, аккуратным маникюром.

Перед каждым молодым человеком опять же стоял бокал. Однако наполнены бокалы были не шампанским, а обыкновенной родниковой водой.

Услышав скрип открываемой двери (а петли-то оказались не смазанными!), юноши (или кто они там на самом деле), все, как один, дружно развернулись в мою сторону. Мне даже стало как-то неудобно. Взгляды большинства молодых людей совершенно определённо казались укоризненными.