Судья. Иной

Не потому что хотелось деньжатами посорить, а потому, что просто вариантов других не было.

И всё же, ну вот никак не могли дать мне покоя серые Бентли. Не шли прочь из моих мыслей. И всё никак не мог я успокоиться и пожелать двум престижным иномаркам, что так ловко ускользнули от меня, хорошей дороги. Пожелать им ни гвоздя, ни жезла, да и забыть о них, обратив всё своё внимание на борщ, что уже как пару минут стоял передо мной. Настоящий, наваристый борщ, да ещё и вместе, как оно и положено, с горячими пампушками.

Я поднял голову и заметил как в щель, оставленной полуоткрытой дверью приватного кабинета в ресторане, где я сейчас находился, осторожно выглядывает официант с тревожным выражением на лице. Очевидно, этот юноша был весьма озабочен тем фактом, что я до сих пор не приступил к еде. И, похоже, уже вполне был готов зайти ко мне и поинтересоваться, что именно меня не устраивает в поданном им блюде.

Вздохнув, я взял ложку и начал потихоньку расправляться с борщом. Учитывая тот факт, что борщ удался на славу, расправлялся я всё с большим и большим, вполне себе видимым удовольствием.

Удовлетворившись сим фактом, официант тут же исчез из поля зрения. Побежал, скорее всего, справляться на счёт готовности второго. Мой заказ включал в себя полноценный обед.

Я, наконец-то, смог расслабиться и начал получать удовольствие от еды. Как и планировал. Именно ради этого я ведь не стал пользоваться услугами бистро в аэропорту, а решил добраться до ресторанчика, в котором сейчас и имел честь отобедать.

И вот только теперь для меня желаемое начало превращаться в действительное.

Конечно, я понимал, что не просто так в моей душе поселилась тревога. Пусть это в данном случае и несколько громкое слово. Но, тем не менее, назовём это именно что – тревога. Которую вызвала моя интуиция, акцентируя моё же внимание на том факте (уже, несомненно, факте), что случайность столь частого появления в моей жизни серых автомобилей, передвигающихся парами, похоже, не такая уж и случайность.

Вот больше уже нисколько не сомневаюсь в том, что в самом скором времени встречу Бентли вновь. Может, не серые. Может, не две. Но – встречу. Не на дорогу ближайшую выйду, зорко вглядываясь в поток движущихся машин, выискивая знакомый силуэт, само собой. Встречу, казалось бы, совершенно случайно. Но именно в той ситуации, когда не будет никаких сомнений в том, что пассажиры престижных иномарок оказались рядом не просто так. Они связаны со мной одним важным делом.