Судья. Иной

Слёзы те полностью высушило, пока я находился в забытьи. Тогда же, похоже, и сердце моё в сталь оковали.

Ни о какой “уборке” в зале, да и в доме в целом, речи, конечно, более не шло. Я, элементарно, ну просто не смог бы себя заставить направить магическое пламя в сторону своей девушки. Незачем тогда и прочих трогать. Пусть земля им пухом будет. О чём, кстати, и без меня вполне найдётся, кому позаботиться.

Не было теперь и смысла особенно заморачиваться на счёт “Майбаха”. Кому он принадлежит, более загадки никакой для меня не представляло.

Единственно, что несколько приободряло – действительно, как я и предполагал, встреча с хозяевами (а точнее – с хозяйкой) домов-теремков и разнообразных престижных авто состоится-таки в скором времени. В самом скором времени.

С этой мыслью я, совершенно не прячась, и покинул дом. Даже через забор прыгать не стал. Уверенно подошёл к воротам. Открыл калитку и – до скорых встреч.

Глава 16

Выйдя из дома, где навсегда потерял свою любовь, я на миг остановился.

Куда идти? Куда теперь идти? Искать ту, которую считал единственно виновной в смерти Кати? А зачем? Рано или поздно она сама, без чьей-либо помощи явится в своё логово. Логово, которое она, почему-то, зовёт – офис. А я там её уже буду ждать. Не то, чтобы с распростёртыми объятиями, но уж точно – с нетерпением.

Жалко, разве, что, не сегодня. Нет, не сегодня Генриетта Адольфовна, она же леди-босс, она же попросту преступница, бандитка и лиходейка прибудет в свои рабочие апартаменты. Да, скорее всего, и не завтра.

Может, вообще появится через неделю-две.

А мне-то что всё это время делать? Сходить с ума потихоньку? Терзать свою душу? Снова и снова бередить ещё толком не зажившие раны, изводить себя, теряя всё более и более человеческий облик? Ну, уж нет. Это не про меня.

Решение пришло быстро. Впрочем, оно и так лежало на поверхности. Я, как нельзя кстати, вспомнил про свой план. Тот план, надо уточнить, что был исполнен мною не до конца. До полного завершения оставался ещё один пункт.

Пусть один, но оставался. К закрытию этого пункта я и собирался в самом скором времени приступить.

Конечно, более можно было бы и не спешить. По сути, исполнив все задания, что прописал себе я сам в так называемом “плане”, передо мной открывалась прямая и широкая дорога, ведущая к недельному отпуску. Отпуску, к которому я так стремился и ради которого трудился, как проклятый, последние дни. Все остальные дела могли бы теперь уже и подождать.