Обещание.

Ты просыпаешься, и не успев толком позавтракать, выскакиваешь на улицу, попутно вытаскивая отцовский велосипед с рамой. А потом залетая к Софи домой, вытаскивая её, такую же сонную, и голодную, сажая на раму, и отталкиваясь, крутишь педали очертя голову, и роняя тапки. Ведь уже тогда любил. Да и сама Софи не сопротивлялась этим выходкам, смело бежала за ним, не оглядываясь. Ведь сама уже тогда любила, и ждала этих выходок, как чуда, как надежду, на что - то хорошее. А тётя Зоя кричала что - то в след, а потом начинала смеяться.

Однажды было даже такое, что ни сама Софи не успела себе волосы в косу заплести, ни тётя Зоя, в результате они, вдвоём не вписавшись в поворот, угодили в густые заросли крапивы и репейника. Долго потом они вытаскивали колючки из непослушных волос Софи. И как же хотелось это всё вернуть. Слёзы душили Мишу, хотелось кричать, душа болела, да и физически ему было больно.

- Миша. - сзади тихо подошёл Костя.

- Ко......Ко...Костя. - пытаясь вздохнуть, прошептал Миша.

- Плачь, кричи, разбей кулаки в кровь, но не смей, даже не вздумай забывать.

Как бы не было больно. Мы ведь втроём так, только ты, являешься тем стержнем, который держит нашу Софи в мире живых. Только благодаря тебе, она ещё не забыла своё имя.

- Косточка. - прошептал Миша.

- Не смей меня так называть. Никому, кроме Софи это не позволено. Её, и только ей это можно.

- Костя, брат! - Миша ошалело смотрел на друга.

- Я ведь тоже не железный. Я ведь тоже помню, какая она была красивая, в том белом платье.

У меня ведь тоже душа болит. НО, в отличае от тебя, я ничего сделать не могу. Люблю, и не могу. - Костя сам еле дышал.

- Костя, брат. Всё болит, и душа, и тело. Слёзы душат, своими холодными объятьями. Дышать не могу без Софи. Сил нет вздохнуть.

- А ты дыши. Через не могу, через не хочу, через больно. Ведь ты, и только ты, сможешь её вернуть. Без тебя мы не сможем даже докричаться до неё. - облокачиваясь на песчаный берег, выдал Костя. - Она ведь сюда приходила плакать.

Слёзы свои воде да земле отдавала. Говорила, что так легче. Хотя, я видел, что легче ей не становилось. Но ничего не мог сделать, даже обнять, чтобы утешить.

- Вот вы где. Мы так и знали, что найдём вас здесь. - Рома и Антон, смотрели на друзей сверху вниз. - Даже принюхиваться не пришлось.

- Ребята. - выдохнул шёпотом Миша. - Как хорошо, что вы у меня есть, я бы без вас рехнулся.

- Ну, положим рехнуться ты сможешь потом, на собственной свадьбе, от счастья.