Обращенное время

Поначалу Синдзи просто хотелось ее чем-то занять, сделать чуть живее. Потом, после коротких раздумий, он рассудил, что если она будет уставать в клубе, ему самому придется легче. Хотя ежедневные выматывающие занятия на протяжении десяти месяцев отнюдь не прошли даром, его запас сил все равно был ограничен. И так было ровно до тех пор, пока Сакура, впервые взяв в руки лук, не отстреляла первую серию из шести стрел. После этого из стрелкового клуба ей бы никто просто не дал уйти. Излишне впечатлительная Тигра-сенсей, подобрав с пола челюсть, чуть не задушила ее в объятиях, сам Синдзи получил повод выпятить грудь и гордо объявить: 'Моя школа!', и даже Мисудзури нейтрально заметила, что подлинный талант всегда найдет дорогу.

В общем, приняли без бюрократии и проволочек.

И все было бы прекрасно, если бы с некоторых пор вокруг не стала виться Тосака Рин. Про эту особу Синдзи навел справки, и если Аяко ему просто нравилось подкалывать, а та просто не оставалась в долгу, то к Тосаке с тех пор он питал плохо скрываемое отвращение.

Особенно в свете их с Сакурой отношений, а именно в полном их отсутствии. Правда, когда он как бы случайно обмолвился наедине с сестрой, что ему хочется прирезать эту 'высокомерную тварь', Сакура почти выкрикнула: 'Не надо!'. Поскольку точно знала, что в этом вопросе у Синдзи слово с делом не разнилось. Логики этого он понять не мог, но ради спокойствия сестренки клятвенно пообещал, что никого без крайней необходимости и пальцем не тронет.

'Так, все, - Синдзи похлопал себя по щекам.

- Постреляем немного...'

Начинался самый обычный день.

* * *

- Коль вы заметили, сейчас в подземной я тюрьме. Совсем не понимая где, на самом глубоком дне, - рассеянно напевал под нос Синдзи, одной рукой щелкая по кнопкам калькулятора а другой покрывая раскрытую тетрадь строчками формул. - В подземном царстве мертвецов, что свили тут гнездо... тьфу, блин, это же натуральный логарифм... а, что там... что свили тут гнездо как в кошмарном сне.

Но нет, это не сон... и все равно я хочу денег!

Запустив пятерню во вьющиеся волосы, он озадаченно уставился на решение уравнения, пытаясь понять, что за ересь он имеет честь лицезреть.

Оно и верно - думать о нескольких вещах одновременно, когда занят важными расчетами - это последнее дело. С другой стороны, все эти вещи считали себя важными, толкались и пихались в голове, требуя немедленного обдумывания, что еще больше усугубляло обстановку.