Обращенное время

Пусть даже тогда его репутация не была безнадежно испорчена убийствами сторонников возведения нового Высшего Грааля, но никто просто не желал слушать безродного мага. Абсолютный приоритет родословной над прочими качествами в сочетании с традиционной дискриминацией в Часовой Башне азиатов и славян, а Шики (он же Макири Синдзи) частично относился к обеим категориям, привели к тому, что об открытии забыли все. Все, кроме самого Шики. Бережно сохранив в памяти все потребные ритуалы и заклинания, он передал эти знания тому, кто мог бы реализовать упущенные им возможности.

Синдзи взял валявшийся рядом на столе нож-макири. С помощью Шики, на зачарование клинка ушло всего три месяца. Правда, от воспоминаний о колоссальном количестве крайне неаппетитной работы по подготовке реагентов его до сих про бросало в дрожь. Суть ее была в том, что нож использовал те же принципы, которые еще двести лет назад гениальный маг Мато Зокен, тогда известный как Макар Золген, положил в основу механизмов работы своих Магических Червей.

И повторить эти механизмы было проще всего, имея под рукой полный подвал этих Червей. Которых Синдзи боялся просто животным страхом.

Положение спасла Сакура. Задумчиво выслушав сбивчивую просьбу, она удалилась с подвал с большой банкой и каминными щипцами, и вернулась через десять минут с 'уловом'. Потрошить их она вызвалась уже сама, и в этот миг Синдзи наблюдал на ее лице если не злую радость, то увлеченность процессом точно. Похоже, она так мстила этим тварям за... за все в общем. Затем пришлось разделять потроха, выискивать среди этого месива нужные части нужных органов, сушить, растирать в тончайшую пыль и наносить слоями в определенной последовательности на откатанные из эфирной глины листы.

Результатом этого тошнотворного действа и нескольких последовательных десятистрочных заклинаний, больше напоминавших цитаты из учебника по квантовой физике, стало превращение обычного хозяйственного ножа в очень необычный хозяйственный нож. Легким импульсом праны, прокатившимся по цепям обжигающей болью, Синдзи активировал его.

Никаких вспышек, сверканий и прочих дешевых спецэффектов, к которым питали склонность некоторые маги, особенно огненной стихии. Просто блестящее лезвие стало черным. Полностью черным. Совершенно черным. Настолько черным, что практически соответствовало концепции абсолютно черного тела, предложенной Густавом Кирхгофом еще полтораста лет назад. Но если модель Кирхгофа была абстракцией, магический клинок был вполне реальным.