Обращенное время

- Не отрицай сходу то, чего не пробовал, - Гильгамеш прикрыл глаза и потянулся, будто его тело и правда затекло. - Почему бы тебе не пойти и не убить кого-нибудь?

- Так я уже, - невесело сообщил Синдзи. Скрывать это от Короля Героев не было смысла.

- И как впечатления?

- Очень просто, - с усилием выдавил он. - Слишком просто. И пролитая кровь противно пахнет, не говоря уже о расслаблении кишечника и мочевого пузыря у мертвецов.

- Другими словами, тебе не нравится убивать людей?

- Определенно нет.

- Странно, странно... - Гильгамеш неуловимым движением извлек из воздуха, на миг озарившегося светом, поблескивающий золотом сотовый телефон. - Неужели я в тебе ошибался? Или ты способен противостоять Ангра-Манью?

Он принялся искать в записной книжке номер. Синдзи невольно усмехнулся. Чтобы человек противостоял собственноручно сотворенному воплощению мирового Зла? Проще остановить падающую на Землю Луну.

- Эй, я хочу сделать ставку, - сказал Гильгамеш в трубку. - Двести тысяч на Алый Багрянец, он придет первым.

.. Я в курсе шансов, делай что велено.

Чего? Брови Синдзи медленно поползли вверх? Король Героев, владыка всего от земли до неба и тэдэ и тэпэ играет на тотализаторе? Хотя... наверное, подобные игры проводились и в древнем Уруке. Петушиные бои, например. А то и битвы каких-нибудь сверхъестественных существ. Ностальгия взыграла что ли?

- Занятная штука эти телефоны, - задумчиво проговорил Гильгамеш, убирая сотовый обратно в пустоту. - С одной стороны удобны, но с другой нельзя немедленно казнить наглеца на другом конце.

- Однако ты даже выделил ему место в своей сокровищнице. Наверное, редкая модель.

- Уникальная модель, - резко ответил Гильгамеш. - Произведен по моему личному заказу. Другого такого просто не существует.

- Прошу прощения. Просто не думал, что современные вещи могут показаться тебе достойными сокровищницы.

Взгляд Короля Героев посуровел.

- Современный мир не перестает меня огорчать, - сухо заметил он. - Вещами в том числе.

Мерзавцу, что изобрел конвейерное производство, следовало бы залить в уши расплавленное золото. Ты дитя своей эпохи, и не представляешь себе всю мерзость этих одинаковых, штампованных кусков мусора. В мое время даже последняя глиняная тарелка, с которой ел раб, была уникальна, храня тепло рук своего творца.

- Мир непрерывно меняется, Король. Он живой и не может застыть, даже в лучшем своем мгновении.

- Этот мир стал слишком добр к людям.