Неистовое пламя. Повелитель Тьмы

Он никогда раньше не боялся высоты, но, посмотрев вниз невольно сглотнул. Сейчас вершина, казалось, была совсем рядом, но он не спешил продолжать продвижение вперёд. Его мышцы уже дрожали от усталости.

Пытаясь отдышаться, он вдруг услышал наверху шелест деревьев и притих. Теоритически, он пока что не был под защитой лагерного ограждения, а значит, мог запросто стать жертвой водящегося в горах хищника. Судя по звуку, животное, издающее шорохи, было довольно крупных размеров, примерно человеческих. Если неподалеку протекала река, источником шума вполне мог оказаться черный медведь или пума.

На удивление, вместо злобного рычания, на вершине внезапно раздался звук человеческого голоса. Сэм замер. Волна чистого, озорного детского смеха пронеслась по округе. Он продолжался секунд десять и сопровождался странными звуками, похожими на шелест веток. Но деревья наверху не шевелились, они величественно молчали, возвышаясь над долиной, раскинувшейся внизу. Как ребенок мог оказаться на самом верху склона и зачем ему вообще вздумалось туда лезть? Ответа Сэм не знал.

– Эй, – громко окликнул юноша, – Там кто-нибудь есть?

Ответом ему была гробовая тишина, нарушаемая лишь слабым журчанием воды. Должно быть, неподалеку протекал ручей или стекала вниз по склону дождевая вода. Юноша прибавил в голос громкости:

– Мне нужно попасть в один лагерь неподалеку, – сказал он, – Вы можете мне помочь?

В ответ снова тишина. Сэм сглотнул. Признаться честно, ему стало жутковато при мысли, что наверху кто-то есть.

Особенно если этот кто-то не отвечал на вопросы. Несмотря на это Сэм продолжил карабкаться вверх. Через несколько минут он перевалился через горный хребет и тяжело задышал. Наконец-то он достиг ровной твердой поверхности! Поднявшись, юноша первым делом осмотрел место, откуда доносились шорохи и смех. Там не было никого и ничего, включая человеческие следы.

«Не могло же мне померещиться - подумал юноша, мысленно оценивая здравость своего ума. От непривычно резкого горного воздуха у него слегка кружилась голова, но это не могло стать причиной галлюцинациям, – Или все-таки могло?»

Он вспомнил, как смех прокатился по долине волной, в относительной тишине казавшейся очень громкой, после чего покачал головой и приблизился к самому краю обрыва.

От открывшегося вида у него захватило дух. Мелкий дождь уже успел закончиться, и теперь на небе засияла семью оттенками радуга, открывающая панораму раскинувшихся вдали ельников и сосновых лесов.