Записки московской ведьмы

Я от усталости словесных сражений с Динем, что в один момент стала просто молчать и ничего не говорить в ответ на указания и распоряжения "это туда, это сюда" - и мне неожиданно это очень понравилось! Видимо, это открылся новый виток моей женской магии!

Арату это тоже понравилось, ещё бы. Слово за слово мы снова стали говорить - но уже совсем о другому, о поэзии и живописи, культуре и литературе. Он был старше меня на пару жизней и я временами очень жалела, что греческий способ общения и обучения, в термах и лёжа, был в наших краях психологически и климатически неприменим…

…но всё же мне удалось сделать многое в направлении терм, хотя дорога к этому оказалась тернистее, чем можно было бы себе представить.

..

Дело было примерно так: я начала встречаться с Динь Длинем, пошла на ирландские танцы, бросила ирландские танцы, рассталась с Динь Длинем, пошла в джазовый колледж... В колледже мне встретились еще разные волшебные существа разной просветлённости… А потом я бросила колледж. И был очень мутный май, совершенно серого цвета, и в него вкралась прям на бархатных лапках, до слёз, скрипичная тема лиса-оборотня Рюото Сакамичи из фильма потомственного японского колдуна Нагимы Осисы "С днем рождения, мистер Сельерс!".

Их в том фильме играло трое: британский змеелис Эйвид Оуи, сам Сакамичи и его музыка, и кто космичнее был из них, трудно было даже решиться.

Вот тогда-то я впервые узнала, что есть в мире такие места, где люди не стесняются творить миры из других миров и называть это смешным словом, схожим с фантиками.

Впрочем, по СДМС было написано очень немного фантиков, и один из них принадлежал - какое совпадение! - одной лисе-сове по прозванию Ри из славного города Кы… так история опять привела меня в Колыбель Городов Русских, чтобы замкнуть мною же очередной мой круг! Как пел самый известный русский змеелис Гребис Боронщиков "я забыл на секунду, чтобы здесь был свет, ток должен идти по нам, хэй-хэй…" - и мы этот круг с Гребисом, поверьте, ещё не раз собой замкнём…

А пока я плыла по жаре города Кы меж огромных каштанов и зданий красного кирпича, временами остро чувствуя уколы дома в сердечную мышцу.

И когда в последнюю ночь мы взялись смотреть американский роуд-броманс "Братья Калашниковы", я никогда бы не смогла предсказать, даже в самом смелом полёте на метле моей фантазии, что будет потом и во что отольются мне все эти оттенки гомоэротизма…

Но пока было не до того. А была история про двух братьев, из которых старший был просто губы и брови.