Беата умрет последней

Да и лгать ему в лицо Беата устала, он неплохой мужчина. Ладно, правду можно открыть, но не всю. Помешать наложению предсмертного проклятья он не сможет. Призыватель заплатит за смерти Адалинды, Валери и Голди. И ее собственную.

– Вы правы. Я хочу узнать, кто и зачем призвал демона. Но мои методы будут отличаться от ваших.

Он заметно расслабился.

– Вы можете на меня положиться. Этот проклятый демон заслуживает смерти.

Беата покачала головой:

– Демон ушел, как только исполнил желание призывателя. Они не задерживаются в нашем мире.

Им здесь не нравится. Давайте посетим хисширский лес завтра. Покажете, что там стряслось.

– А какая сегодня причина не заниматься делом? – с улыбкой спросил офицер Харт.

– Просто не хочу. Слишком хорошее настроение, чтобы его портить. Зайдете на чай?

– С удовольствием.

День прошел мирно и даже приятно. Офицер Харт оказался интересным собеседником и, к удивлению Беаты, любил те же книги, что и она. Им было о чем поговорить. Он никогда не был женат и не покидал Хисшир, не видя в этом смысла.

Служил в полиции, но, как он сам со смехом признался, здесь проще было наткнуться на призрачного пса, чем на настоящего преступника. Драки, потерянные вещи, редкое воровство – вот и все с чем он сталкивался. История хисширского демона будоражила его, он мечтал раскрыть ее.

Беата поила его чаем с травами, но он почти не притронулся к нему: после первого же глотка закашлялся и смущенно признался, что пьет только черный, а остальные терпеть не может.

Пользуясь возможностью, она расспросила его о Калунне.

Оказалось, богине поклонялась еще его мать и научила сына тому же. В их доме никогда не забывали о подношениях, потому призрачного пса он не видел, но исцарапанные двери других доказывали, что он существует.

– А саму Калунну видели? Вы бывали на вересковых пустошах?

– Бывал. Но там слишком… – он замялся, – одним словом, туда надолго лучше не ходить. А то потеряешь голову. Я так чуть на соседке не женился: вернулся с вересковых пустошей одурманенным и счастливым, жаждал любви и бросился признаваться ей в чувствах, потому что она добрая, заботливая и замечательная.

Обещал быть хорошим мужем. Благо она сообразила, что со мной что-то не так, и отправила проспаться. Только к утру до меня дошло, что соседка на сорок лет меня старше и в тот год праздновала семидесятилетие.

Беата расхохоталась.

– Бедняга! Привороты – они такие!

Офицер Харт развел руками, признавая свою дурость, но глаза у него весело блестели.