История вторая: "Ведьмин Круг" ver:1.03 (FuLL)

— Дел ты натворил, конечно, славных, но скажу как опытный шкодник: от родителей тебе достанется больше всего за коленку, — я деловито качал головой. Почти никто в доме не знал истинного рода моих занятий. Яр настаивал, чтобы всё так и оставалось, но в последнее время таить в себе дар становилось все сложнее и сложнее. Недолго думая, я закатал рукава пиджака, заявил с важным, почти официальным видом: — Ну что я могу сказать... тебе повезло! Вот ты не знаешь, а я великий маг, колдун и, самое главное, целитель!

— Не правда! Колдунов не бывает! — слёзы Матвея высохли мгновенно, изменился и тон.

Он напрочь срезал весь мой пафос.

— А вот и правда! Давай покажу, что умею, — я протянул руку к его колену.

Матвей сомневался недолго: любопытство взяло верх, и, морщась от боли, он сам подставил ушибленное место. Я положил ладонь на рану, правой рукой взял его за плечо. Руку под болячкой сразу прожгло нездоровым теплом. Так бывало всегда, когда в теле шёл воспалительный процесс. Мне достаточно только послать на помощь мучившемуся организму немного своей энергии.

Пара секунд сосредоточенной тишины, и глаза Матвея расширились от удивления. Я хитро улыбнулся, услышав, как он затаил дыхание:

— Дай догадаюсь, чувствуешь тепло, и боль проходит?

Матвей молча кивнул, я приоткрыл один глаз, чтобы увидеть эту картину. Мне не составляло труда продемонстрировать свои способности даже самому заскорузлому скептику, ведь я работал не с сознанием, как многие ошибочно полагали, а напрямую с телом пациента.

Удовольствие от того, как быстро с лиц стиралась снисходительная усмешка, несравнимо ни с чем. Вот и сейчас глаза Матвея выражали удивление, граничащее с шоком.

— Дядя Рома, а как вы это делаете?

Я не ответил, не теряя концентрацию, отправил в рану очередной сигнал, заглушающий болевой импульс. Теперь Матвей хотя бы сам дойдёт до дома и, может, даже не вызовет подозрений у родителей.

— Легко делаю! Эти способности передались мне по роду. От деда к отцу, от отца — мне.

Пришлось немного упростить свою историю. От полной версии в трубочку завернулись бы уши любого слушателя, да и мне бы не хватило дня, чтобы поведать её от начала и до конца. Светясь от гордости за содеянный поступок, я выпрямился в полный рост, поморщился от неприятных ощущений в спине. Ночное нападение ещё давало о себе знать, а я, ко всему прочему, потратил энергию, и не какую-нибудь левую из Лимба, а свою, кровно переработанную.