История вторая: "Ведьмин Круг" ver:1.03 (FuLL)

Яр злорадно скалился, ожидая моей реакции, но я слишком устал, чтобы поддерживать беседу в таком русле. Мирошкина действительно перегибала палку, пользуясь своим положением главы отдела планирования. Мне даже на неё и пожаловаться некому, для Яра это лишний повод поиздеваться, а Борисыч и слушать не станет, Виктория Павловна у него на хорошем счету. Только мне и оставалось, что терпеть её выходки и, пока никто не видит, собирать в ладошку слезинки.

— Не хочу Мирошкину, не хочу... — я захныкал, предок хоть и подошёл ко мне ближе, но подбодрить, похлопав по плечу, не смог.

А может, и не захотел, хрен поймёшь этого Яра...

— Ну что тут сказать... ослабь её иммунитет, она заболеет и умрёт, — призрак с детской непосредственностью пожал плечами.

— Какой ты добрый... а потом меня ослабит Борисыч. Ты думаешь, он не поймет, чьих рук это дело?

— Тебе не угодишь...

— Чёрт с этой Мирошкиной, пусть живёт и здравствует! Ты все же подумай насчёт осколка. Тот сон уж больно на правду был похож...

Народ у края платформы оживился, послышался гул приближающегося поезда.

Я нервно щелкал пальцами, пытаясь отбросить всё лишнее, и сосредоточится на грядущей работе.

— Ты знаешь, даже если твой сон и не сон, то Карлику сейчас худо, и, естественно, он хочет вырваться из плена Чернобожца любой ценой. И это совершенно не значит, что после освобождения осколок, как Джинн, будет исполнять наши желания.

— Но Чернобожец-то заставляет, а значит, и мы сможем! — я принял боевую стойку, готовясь к новому раунду в замкнутом пространстве вагона.

У случайных попутчиков не самые добродушные лица, да и на кольце утренний час пик.

— У Чернобожца, скажем так, есть опыт, а мы... — Яр пожал плечами, но мне уже было не до него. Двери вагона распахнулись, выпуская пассажиров, я протиснулся внутрь, еле нашёл себе место у дверей. Призрак остался на платформе и сопровождать меня в дороге не собирался.

— Ладно, потом поговорим, — Яр махнул рукой, а я глубоко задумался, припоминая, что во сне осколок как-то по особенному назвал Чернобожца, но не смог сходу вспомнить, как именно.

Образ предка растворился в обезличенном потоке пассажиров. Люди занимали освободившиеся места, и в этой чехарде я снова увидел знакомого персонажа. Краем глаза и всего на пару мгновений. Огромная аляповатая сумка и до боли знакомый могильный цветок в волосах. Двери уже закрыты, и вагон трогался с места, я успел лишь с досады ударить кулаком по стеклу. Уже второй раз видел колдунью на "кольце".