Петербургские истории

Бульк и Пуша поздороваться не поленились.

– А мне что до них? Мое дело – хозяйские постройки хранить. А общаться мне лениво.

– Ну-ну. Ладно, мне, в отличие от тебя, лениться некогда. Есть тут где-нибудь инструменты, чтобы за садовыми деревьями ухаживать?

– Было такое, – овинник почесал лохматую башку, подумал и полез на самую верхнюю полку, – сейчас.

Повозился там.

– Лови! – Мне в руки прилетел небольшой ножик странной формы, повернувшись ручкой, чтобы сподручнее схватить, и небольшая изогнутая ножовка.

– Ага, – я проверила находки, убедилась, что ржавчины нет, а лезвия острые, – благодарю.

– Ты насчет яблонь с дворовым поговори.

– Бульк рассказывал, – я кивнула, – а как его зовут?

– Сама нареки. Это меня прежние хозяева как-то случайно нарекли, а он так безымянным и остался.

– А Булька тоже прежние назвали?

– Не, у водяных свои законы. Они имена сами себе берут, им проще.

– Ясненько.

Я вышла на свежий воздух и потопала в сторону яблонь. Сад Пэрецы разбили хаотично, посадив яблони в художественном беспорядке по всему участку.

Впрочем… можно делать проще.

– Батюшка-дворовой, покажись! – подпустила в голос Силы, как в разговоре с Семеном.

От повеления ближайшие заросли лопухов зашуршали, раздвинулись, и ко мне вышел еще один дух: небольшой дядька в зеленом кафтане. На макушке – шапка, в бороде – старая трава и палые листья.

– По здорову, хозяюшка. Пошто звали?

– Поговорить, познакомиться. А что сразу не показывался?

– А мне что? Прежние хозяева вежества не понимали, все по чужому укладу хозяйствовали. А новые – темные лошадки, кто вас знает? На лбу-то не написано. Пока вы со старшей хозяюшкой положенных ритуалов творить не начали, мы думали, что навроде прежних будете. А раз вежество понимаете, да Силой наделены – теперь-то пошто не показаться?

– Понятненько. А звать как тебя?

Дворовой пожал плечами.

– Домового я назвала, а тебе попрошу бабушку имя придумать. Вот проснется, и попрошу. А пока надо яблони осмотреть. Старые хозяева вроде как ими совсем не занимались. Сосед рассказывал.

– Верно, прежние их для красоты покупали, зачастую, урожай так на земле и сгнивал. Разве что дети поедят в охотку, и то, больше баловались, чем ели.

– А откуда знаешь, что для красоты?

– Так на улице тоже разговаривали между собой, я и слышал.

– Ясно.