Петербургские истории

Я поставила вариться бульон, начистила овощи, сразу на первое и второе. Подготовила мясо к обжарке и все для соуса.

В кухню заглянул еще один жилец. Уставился на меня, но ранее проинструктированный что-то быстро и горячо протараторил по-своему, и новенький кивнул. Вежливо поздоровавшись со мной, он достал из шкафа стопку мисок и вышел. Через некоторое время появились еще жильцы: двое мужчин, старая толстая тетка, молодая женщина и пара детишек. На вид мальчуганам было лет по шести.

Выслушав новость, все покивали, подчеркнуто почтительно со мной поздоровались и занялись своими делами.

– В общем, ба, все пока хорошо, – закончила я отчет.

Бабушка покивала, задумчиво потерла пальцами подбородок, подумала и вынесла вердикт:

– Пока проблем не вижу. Единственное, было бы неплохо сохранить в тайне эту твою подработку от остальных соседей. Кто-то знает об этом?

Я задумалась:

– Шел Писецкий в любом случае мимо комнаты Аннушки, а эта егоза на каждый входной звонок реагирует хотя бы формально.

Особенно к нам. Даже если муж запретил, то когда это Аннушку хоть раз останавливало? Остальным до лампочки, разве что порадуются за меня. Хотя…

Еще немного подумала:

– Еще может Люська интерес иметь. Тогда только она на Анкины сентенции задумалась, остальным до Парижа.

Ба вздохнула:

– Ну, посмотрим, посмотрим.

Я кивнула и отправилась на кухню, готовить обед. А там!.. Аннушка орала на Диму и Люсю скопом.

Те ошарашено молчали. Что?! Ладно, Дима к такому общению не привык, но чтобы Люська молчала?!..

– Что происходит?

– Эти!.. – Варфоломеевна задыхалась от ярости, – эти!!..

Я молча развернулась и двинулась к комнате соседки: в таком состоянии Аннушка слышит только своего мужа, уже проверено не раз. Постучалась.

– Ась? – голос Ильи Ильича.

– Дядя Илья, спасайте, ваша женушка Диму и Люсю убивает на кухне!

– Чо?!!..

Послышался скрип дивана, и через несколько секунд показался сосед в тельняшке и трениках.

– Идем!.. – он ринулся по коридору.

На кухне Аннушка уже размахивала кулаками. Илья Ильич с размаху выписал жене затрещину:

– Куррва!!..

Дима отскочил, Люська выдохнула. Я встала в сторонке.

– Что… – все, дальше в речи дяди Ильи ничего приличного не осталось: сплошь матерные конструкты со множеством этажей и оборотов.

– Да я!.. Да они!!.. – заверещала Аннушка.