Петербургские истории

– А что у нас на обед?

– Овощной суп и зразы. Будешь?

– Буду, конечно. Ужасно проголодалась! Сегодня от столовой так несло, что подойти тошно. Совсем совесть потеряли, хоть с собой обед носи, – бабушка поднялась и подхватила полотенце.

– Ну, так и носи, какая проблема? – взяла из холодильника кастрюлю.

– Хлопотно. Микроволновки на кафедре нет, греть негде, а холодное есть не вкусно.

– Да, неприятно. Может, вам всей кафедрой скинуться? Поговори с профессурой. Если на всех раскидать, включая аспирантов, то не так уж и дорого выйдет.

Можно самую дешевенькую, вам же только греть надо.

– Как вариант, – она кивнула и скрылась в ванной.

Я отлила порцию супа в ковшик и поставила на огонь.

Поселок Мартышкино был сонным и пустынным. Высокие заборы, пышные сады. Кое-где уже, правда, возвысились добротные особняки «новых русских», но в основном стоят старенькие деревянные домики. Мы сориентировались и по зеленой улочке направились к нужному месту.

– Как тихо, – я с интересом оглядывалась.

– Сезон скоро закончится, дачники разъезжаются.

Где-то далеко хлопнула калитка, зафырчал мотор, удаляясь. И снова тихо. За забором на нас пару раз гавкнула собака, но бабушка только покосилась в ту сторону, и пес замолчал.

Искомый дом стоял совсем не так, как остальные, не близко к забору, а в глубине участка. Тропка к нему заросла травой, еле выделяясь среди бурьяна.

– Не живут?..

Я только пожала плечами.

Мы осмотрелись: пусто. Пошли по тропинке, но через три метра уткнулись в железную раму, густо опутанную колючей проволокой.

Две коротких цепи с одной стороны изображали, по-видимому, петли, а третья с другой – исполняла роль замка. Бабушка посмотрела через щели на соседей, подумала:

– Тут сделаем краткий ритуал вызова с предварительной защитой. Думаю, для начала этого достаточно.

Малый ритуал не предполагал долгих приготовлений и не требовал песен: просто несколько капель крови на совершенно особую статуэтку Дианы, тихий речитатив в несколько строк… бабушка выпрямилась, впадая в транс.

Я, как втора, чутко прислушивалась, храня покой места. Впрочем, все было тихо.

Бабушка повернулась туда-сюда, с кем-то пошепталась. Я слов не разобрала – только еле слышное бормотание. Так и должно быть – слова тут не нужны, коммуникация идет почти на уровне подсознания.

Вдалеке проехала машина, что-то взвизгнуло. Снова тихо.

– Уф… – ба закончила ритуал и расслабилась.

Я подставила ей раскладной стульчик и открыла сумку:

– Садись, ба.