На запад от первой звезды

Всего на пару минут! “Мне не было плевать на сына, поганая ты ведьма, я любила его, сука, любила!”

- А вот и кровь, - оживилась Лилит.

3.

К куску пиццы деловито принюхивался маленький юркий крысёныш.

Прости, мысленно прошептала Сара доверчивому зверьку. Содрогаясь от отвращения и жалости, навалилась на него и раздавила хрупкую черепушку. Управлять медведем стало немного проще, движения уже не были резкими и рваными, Саре даже удавалось держать голову, чтобы смотреть прямо перед собой.

- Плохо. Твоё тело умирает.

Возвращение будет болезненным, имей в виду.

“Ты мне душу в клочья разорвала, тварь, куда больнее?”

Едва не свалившись с лестницы, Сара выкарабкалась из подвала и вернулась на кухню. Проткнула ещё трепыхающееся тельце ножом и выдавила в зелье несколько капель тёмно-бордовой крови.

Зелье вспенилось, начало шипеть. Сара аккуратно перемешала жижицу. Смесь немного повспучивалась, обретая ровный болотно-зелёный цвет, и застыла густой лужицей.

- Пора, - голос Лилит дрогнул.

Сара посмотрела на своё тело, в нелепой позе застывшее на полу: руки раскинуты, на пальцах - кровь.

Ноги ломаной линией, в открытых глазах боль. Как в плохом ужастике, раскритиковала себя Сара и взялась за ноги - нужно было правильно расположить себя на полу.

- Головой на восток, Сара, - терпеливо подсказывала Лилит. - Нет, левее, левее! Ногами на запад. На запад от первой звезды. Жизнь течёт по дороге солнца, нужно проложить ей верный путь. Убери волосы с лица. Руки вдоль тела, вот так. Да уж, окоченела ты основательно.

Ничего, я хорошее снадобье знаю для такого случая, ты у меня как новенькая будешь!

Лилит сильно нервничала, её напряжённый голос дробным перестуком колотил Сару внутри медведя.

- Теперь бери нож. Сделай надрез на лбу. Не бойся, чуть глубже… вот так. Теперь так же надрежь запястья. Вдоль режь, так легче. Аккуратно, а то шрамы останутся. Хотя чёрт бы с ними, уберу потом. И ступни. Кровь - это хорошо, Сара, значит, жить будешь. Будем.

Сара молча выполняла указания ведьмы.

Внутри грохотало неистовым набатом: смешная футболка, лягушонок Квак, смешная футболка, лягушонок Квак...

- Вот-вот солнце покажется, - голос Лилит звенел хрусталём, того и гляди рассыплется осколками. Сара же, напротив, была холодна и спокойна.

Она взяла тарелку со снадобьем и стала тщательно втирать его в раны под мерное бормотание ведуньи: та сосредоточенно читала заклинание на древнем, давно позабытом языке.

Сначала голова - средоточие жизни.