Последняя сказка Горыныча

Он привел Горыныча прямо на детскую площадку. Вначале он увидел Сашу, которая с удовольствием носилась по бестолковому нагромождению из лесенок и труб. А на веревочной качели раскачивалась знакомая фигура. Напрасно Горыныч сдерживал свой непонятный порыв. Но ноги сами несли его ей навстречу.

Когда хочется все рассказать

- Мы сами создаем отрицательную энергию, - пояснял Горыныч, - мы говорим, мы используем и, самое страшное, верим, что делаем правильно, хорошо и во благо. И тогда лишнее становится необходимым, мешающее другим - очень удобным, а сомнения заменяют самоуверенность и чувство безнаказанности.

Горыныч осмотрелся по сторонам и махнул рукой на стоящую на краю площадки детскую коляску.

- Смотри на эту коляску. В ней спит малыш. Ну что плохого. Но пройдет еще несколько лет и ребенок начнет требовать дать ему то, что есть у других таких же, как он. И несколько лучше. А может и дороже.

Горыныч продолжал свои рассуждения и пересказал весь свой разговор со сгустком.

Судя по необычайно серьезному виду Елены в ее внимании к его словам сомневаться не приходилось. Едва он закончил, она круто развернулась к Горынычу.

- Значит, оргазм получать нельзя?

Она рассмеялась.

- А давай проведем эксперимент.

- Какой?

Женщина позвала Сашу и повела всех домой. Разогнав всех по разным помещениям и усадив девочку за альбом, Елена вернулась к Горынычу и, встав перед ним, начала медленно расстегивать пуговицу на кофте. Затем вторую.

- А ужин? - попытался пошутить Горыныч.

- Так его же долго готовить, - опять рассмеялась Елена, но развернулась в направлении кухни.

Горыныч успокоился. А сомнения остались. Нужно обдумать все как следует, но хотелось чего-то особенного и непонятного.

- Все-таки, странно все устроено на этом свете, - думал Горыныч, - сотни лет гоняешься за чем-то, а потом, вот оно, прямо перед тобой. Смотри, ласкай, целуй и любуйся, а ты как последний идиот, бежишь от своего счастья.

Он решительно встал, вышел на кухню и, подойдя к хозяйке, мягко положил руки на плечи Елены.

Она сразу выгнулась по-кошачьи назад, но быстро опомнилась и немедленно отреагировала на Горыныча.

- А ну-ка, брысь с кухни, - лукавые глаза говорили о противоположном - она хотела, чтобы он остался.

Елена схватила две луковицы и приказала:

- Держи, чисти.

Горыныч послушно уселся за стол и схватил столовый нож. Только уж больно странным показался его внешний вид.