Служба Контроля

Такое несерьезное отношение к обязанностям охранника меня немного раздражало, и я уже было собрался преподать самоуверенному троллю наглядный урок, как вдруг он резко остановился и постучал прямо в стену.

Точнее, это мне сначала показалось, что в стену. Приглядевшись, я увидел широкую дверь, имитирующую шероховатую поверхность красного кирпича, которым был декорирован весь коридор. Услышал тролль ответ или нет, не могу сказать, но он толкнул замаскированную дверь, и та приоткрылась.

Внутрь тролль не пошел, широким жестом пригласив проследовать меня туда самостоятельно.

Я спорить не стал и, вежливо кивнув на прощанье, но не удостоившись даже ответного взгляда, шагнул вперед. Тролль мягко закрыл за моей спиной дверь, а я огляделся.

Комната, в которую я попал, оказалась достаточно просторной – не меньше ста квадратных метров, но настоящая стена у нее была лишь одна. Она полукругом охватывала все помещение, и именно в ней находилась единственная дверь, через которую я сюда и попал. Все остальные стены, по сути, являлись огромными окнами, позволяющими наблюдать за происходящим в одном из залов.

Музыка здесь была специально приглушена и от этого становилась почти терпимой.

Комнату загромождала мебель: диванчики, кресла, пуфики, журнальные столики, разного рода рекламные тумбы, сверху донизу обклеенные афишами. Впрочем, я привел далеко не полный перечень вещей, находившихся здесь – для того, чтобы улучшить приятные ощущения от пребывания в этом месте как хозяину, так и его гостям.

Единственная же кирпичная стена комнаты служила своего рода выставкой разного рода оружия. Чего тут только не было: римские гладиусы соседствовали с кривыми пиратскими ятаганами, метательные ножи японских ниндзя висели рядышком с огромным двуручным рыцарским мечом. Я мог бы долго разглядывать коллекцию, но, к сожалению, времени на это у меня не было.

Хозяин клуба, молодой еще гоблин Зельден, известный в городе представитель прогрессивной части гоблинской диаспоры, ратующей за изменение многовекового традиционного отношения к гоблинам как к существам низшим и не способным на личностный рост, вскочил с одного из диванчиков, невольно оттолкнув очень привлекательную особу, приникшую к его плечу, шагнул мне навстречу и порывисто пожал руку.

– Слава Великой Колотушке! Вы, наконец, прибыли!

– Торопился, как мог, – кивнул я, с сожалением вспомнив оставленную партию.

Помимо Зельдена и его подруги в комнате никого не было.