А-Два

О квартеронах, восьмушках и других причудливых и интересных сочетаниях не стоило и упоминать, тем более, что принципиального отличия как бы нет: дворфья кровь очень сильна.

Так вот, большой подземный ангар города Аахена как раз и обслуживается дворфами, многие из которых ведут свой род от угольщиков, выбравших за века те самые пещеры, которые когда-то были угольными пластами, а теперь стали базовыми полостями порта подземных лодок.

Лодка шла ходко: здесь, в этой части Советской Европы, практически не встречалось избыточно твердых пород, или, наоборот, коварных плывунов.

Первые приходилось обходить поверху, вторые — старались проскочить на максимально возможной скорости, постоянно контролируя положение лодки в пространстве по трем точкам и динамике. И то, и другое было и непросто, и опасно, требовало серьезнейшего напряжения ума и сил, поэтому всякий подземник радовался, когда заниматься такими вещами не приходилось.

П-119, как и все остальные лодки проекта П-4 — кораблик совсем небольшой.

Строго говоря, бронекатер, пусть и закрытого грунта. Ходит недалеко, воюет не очень больно, зато маневренности просто роскошной.

Если проводить аналогию между загадочным военно-подземным флотом и куда лучше знакомым населению флотом военно-морским, ближайшим родственником П-119 можно было бы назвать детище капиталиста Люрссена, мелкий, шустрый и очень опасный эс-бот. Однако, как учат нас классики, всякая аналогия ложна, да и не годится сравнивать замечательное изделие рабочих и инженеров Советской Германии с гнусным орудием режима столь чудовищного, что его даже упоминать вслух нельзя без специальной оговорки — «Запрещено на территории СССР».

Сейчас, сразу по выходу из базы, небольшие недостатки проекта казались несерьезными, а достоинства — очевидными и приумножающимися. Экономический ход отбирал у реактора намного меньшую мощность, чем крейсерский, или, тем более, форсаж, поэтому отсеки были ярко освещены.

На сколько-нибудь разумной дистанции не ожидалось опасного противника, поэтому режим молчания не соблюдался, и в отсеках было шумно. Наконец, лодка только что вышла из базы, устать не успел вообще никто, поэтому в отсеках было людно.

Капитан-лейтенант Гюнтер Корсак пребывал одновременно на мостике и в прекраснейшем расположении духа. Дежурство начиналось отменно, впереди был самый интересный район и важное задание — лодка шла под Лимбург.