Три запрета Таисии Полозовой

Полозов, мигом протрезвев, связался с сестрой, набрал номер знакомого врача и побежал за машиной. Домовой положил необходимые мелочи в уже приготовленную сумку.

Роды прошли без осложнений, и дочка, которую Таисия с мужем решили назвать Ариной в честь одной из бабушек, долго мучиться не заставила. Акушерки только диву давались. Первые роды обычно длились куда дольше. Таисия, впрочем, подозревала, что тут не обошлось без вмешательства Домны, которая, приняв облик медсестры, ассистировала при родах. Ее лаборантки ухаживали за малышкой.

Полозов впервые увидел Арину еще в роддоме, куда его под видом лечащего врача или анестезиолога во время кормления провела Домна.

– Кто у нас тут? – поцеловав жену, с умилением наклонился он к малютке.

– А то ты сам не знаешь, – засмущалась Таисия.

– Как ты и предрекала – медь и серебро, – внимательно проведя рукой надо лбом и грудью Арины, кивнул Полозов.

– Я вообще родила русалку, подательницу росы, – фыркнула Домна. – И внучка тот же дар унаследовала.

– А кто тебя просил связываться с Водяным? – любуясь женой и дочерью, улыбнулся Полозов.

Встречать Таисию с малышкой из роддома помимо мужа, приехавшего с сестрой, пришел едва ли не весь цех, включая Дусиного жениха с фотоаппаратом. Впрочем, долго общаться с коллегами не стали. Стояли Крещенские морозы, и Таисия боялась застудить малютку.

Когда Полозовы уже садились в машину, возле роддома под оглушительный визг тормозов остановилась черная «Волга» Константина Щаславовича Бессмертного.

Таисия отметила про себя, как подобрался, закрывая ее и дочь, муж, как помрачнела золовка.

– Поздравляю, Полозов, – сказал Константин Щаславович, кутаясь от ветра в каракулевый воротник черного зимнего пальто. – Теперь у тебя две дочери.

Глава 11. Чужая дочь

Та осень выдалась особенно дождливой и муторной. Дороги развезло, нарядное золото медленно истлевавшей листвы достаточно быстро обглодали туманы, разметал пронизывающий ветер, предвещавший скорый приход зимы. Таисия сидела в гостиной у нового цветного телевизора, смотрела какой-то фильм про передовиков производства, домовой крутился рядом, когда раздался звонок в дверь.

Домовой сразу ощерился, как кот, и сначала юркнул под шкаф, потом вылез, дрожа, как от лихорадки. Хотя к созданиям, подобным ему, людские хвори вроде бы не приставали.

– Не открывай, хозяюшка! – взмолился он, когда Таисия, кряхтя, поднялась и отправилась в прихожую. – Там злыдень немертвый явился.