Три запрета Таисии Полозовой

Советская власть начала проявлять неслыханную со времен НЭПа лояльность к частной собственности. Открыли коммерческие магазины, где теперь легально продавали импортный ширпотреб, вроде модных «вареных» джинсов, и бытовую технику, которой раньше фарцовщики торговали из-под полы. Разрешили кооперативы, где ловкие умельцы продавали ту же «варенку», только изготовленную кустарным способом.

При этом с полок непонятным образом куда-то исчезли продукты. Ошалелые родители маленьких детей занимали очередь в шесть утра, чтобы купить хотя бы молоко, а коллеги Таисии радовались, когда она приносила купленное по старым связям Дмитрия Власьевича сливочное масло или ту же говядину.

Дусю, к счастью, выручал приусадебный участок ее родителей, на котором помимо Нелюба теперь держали кур и какое-то время поросенка и корову.

На крупных предприятиях повсеместно боролись со взяточничеством и приписками. На аффинажном заводе этот комитет ожидаемо возглавил Константин Щаславович, который снова пытался уличить Полозова, но так и не преуспел, поскольку Дмитрий Власьевич пообещал предоставить компромат на злоупотребления заместителя директора.

Они с Домной вообще смотрели на происходящее с изрядной долей скептицизма, если не сказать, горечи, обороняя свои последние бастионы дома, на заводе и в лаборатории, и Таисия их в чем-то понимала, вспоминая старое китайское проклятье про жизнь в эпоху перемен.

– Но ведь реформы назревали, – не могла понять Арина, чей юный ум бурлил от обилия пищи, а душа радовалась причастности к великим событиям.

– Но не такой ценой, – вздыхала Домна.

– История повторяется, – хмурился Дмитрий Власьевич. – Глупые смертные, польстившись на лживые посулы, сами рушат свой дом и впускают в него навь.

Таисия не могла с мужем не соглашаться, видя, какую бурную деятельность развивает в сложившейся ситуации Константин Щаславович. Он постоянно мотался на какие-то зарубежные конференции, принимал иностранных гостей, организовал предприятие по экологической утилизации промышленных отходов, которое обернулось мусорным полигоном посреди заповедника.

При этом, поскольку Константин Щаславович возглавил комиссию по расследованию организации этого полигона, дело просто зашло в тупик.

Зато усилиями созданного им Фонда экологических исследований одно за другим закрывались металлургические и предприятия и заводы тяжелого машиностроения. Устаревшие очистные сооружения загрязняли окружающую среду.